Книга Утесы, страница 174 – Джули Кортни Салливан

Сердце забилось в панике. Джейн быстро удалила фотографии, надеясь, что Дэвид их не видел.

Тот, в свою очередь, сделал вид, что ничего не произошло.

Сначала Джейн почувствовала облегчение, но потом вспомнила, как в самом начале отношений они признавались друг другу в самых затаенных страхах. Она боялась, что недостаточно умна и все это знают. Он – что люди решат, будто с ним что-то не так, раз первая жена ему изменила и они развелись.

— Этот развод меня чуть не прикончил, – сказал Дэвид. – Я готов на все, лишь бы не проходить это снова.

После этого Джейн взяла себя в руки и старалась держаться. Один, может быть, два раза в году у нее случались срывы, когда она выпивала больше, чем следовало, и без причины начинала скандалить с мужем. Или кокетничала с симпатичным барменом в ресторане, куда они с Дэвидом пришли вместе. Она знала, мужа ранит ее поведение, но он никогда не шел на конфликт, а Джейн клялась себе, что такое больше не повторится.

Бывало, она напивалась, когда Дэвида рядом не оказывалось, и признавалась в чем-то, о чем потом жалела, или выбалтывала чужой секрет. А наутро мучилась и не знала, то ли искренне извиниться, то ли свести все в шутку и постараться забыть. Обычно она все же заговаривала о случившемся, желая услышать любимые слова всех алкоголиков: «Не волнуйся. Ты ничего такого не сделала».

После смерти матери Джейн запила уже всерьез.

На самом деле все началось даже раньше, когда мать заболела. Но тогда выпивка казалась способом преодоления кризиса, а не проблемой. Джейн пила на похоронах и поминках, и все решили, что это от горя. Но потом они вернулись в Кембридж, а пить она не бросила.

Она не догадывалась, насколько все серьезно, пока Дэвид не предложил отказаться от алкоголя на месяц. Учитывая, что он почти не пил, Джейн поняла, что дело в ней. Не согласилась, и тогда Дэвид выложил все начистоту и признался, что встревожен.

— Ты же хочешь забеременеть, – сказал он.

— Да, – ответила Джейн. – И как только это случится, я сразу перестану пить.

— А сейчас пытаешься напиться впрок?

— Нет, – ответила она. – Ничего я не пытаюсь. Со мной все нормально.

Муж скрестил руки на груди.

— Ты перестала бегать по утрам из-за похмелья, – заметил он.

— Не поэтому, – обиженно отозвалась Джейн.

— Уже четыре или пять раз не выходила на работу по той же причине, – продолжил он. – Раньше такого не бывало. Думаю, тебе стоит поговорить со специалистом.

Джейн напомнила ему, что сейчас у нее на работе завал. Ей некогда искать подходящего психотерапевта и тем более регулярно к нему ходить. Она пообещала, что подумает об этом после важного мероприятия, запланированного на весну.

Джейн сама организовала этот вечер. Продумала все до мельчайших подробностей. Написала программу, заказала кейтеринг, подготовила идеальную речь. Шаг за шагом отрепетировала все в голове.

В архиве хранились документы феминистки второй волны Арианны Рэндалл, известной своими смелыми высказываниями. Помимо всего прочего, туда входили подробные заметки к книге, которую Рэндалл начала, но так и не дописала. Она планировала издать ее в соавторстве с Кэролин Моллой, влиятельной персоной в мире коммерческой недвижимости. Рэндалл работала над книгой в доме Моллой на озере Крэнберри в Нью-Джерси в 1992 году. Моллой и Рэндалл собирались разоблачить секреты мизогинии и коррупции в мире политики. Но по какой-то причине книгу так и не опубликовали. Рэндалл включила заметки в свой архив с указаниями не открывать его до ее смерти. Вокруг этого архива ходило много слухов.