Книга Дядюшка Эбнер, мастер отгадывания загадок, страница 104 – Мелвилл Дэвиссон Пост

— А груда бревен, – не отступал мой дядя – судя по тону, он желал получить исчерпывающие объяснения, – зачем надо было сжигать бревна на опушке леса?

— И после всех своих умозаключений ты еще задаешь такие вопросы? Чтобы избавиться от потрохов забитого животного, разумеется. Если бы мы оставили пятна крови, наш скот бы взбесился.

Кэмпбелл снова захохотал; теперь в его смехе слышались победные нотки.

— А теперь, Эбнер, – воскликнул он, – останешься ли ты посмотреть, как я женюсь? Или разочарованно уедешь? Ведь ты явился сюда в надежде увидеть, как меня повесят?

Мой дядя тем временем подошел к окну и сейчас, казалось, прислушивался не столько к собеседнику, сколько к тому, что происходило снаружи. Вдалеке, на крытом деревянном мосту, раздался слабый топот лошадиных копыт, и дядя Эбнер с мрачной улыбкой обернулся.

— Я останусь, – сказал он, – и посмотрю на твою свадьбу.

Свадьба была очень странной. Высокая, решительная женщина, похожая на саму Судьбу, одетые в лохмотья слуги со свечами в руках, священник – и невеста, укрытая фатой, такая безжизненная, что напоминала статую.

Церемония началась, и воцарилась тишина.

Мой дядя все еще стоял в соседней комнате у окна. Снег на дороге заглушал топот приближающихся коней, пока железные подковы не зазвенели по камням перед самой входной дверью. И тогда, будто он только того и ждал, дядя Эбнер громко объявил, что он против этого брака.

Рыжеволосая женщина с орлиным носом, повернувшись к нему, воскликнула:

— Ты-то почему против, ведь тебя это дело никак не касается?

— Я против потому, что Кэмпбелл направил Элиотта по ложному пути!

— По ложному пути! – повторила женщина.

— Да, по ложному пути. Иов говорит, что есть тропа, которой не видит глаз стервятника. Но тропу, по которой Кэмпбелл направил Элиотта, стервятник все-таки увидел.

Эбнер большими шагами вошел в комнату.

— Кэмпбелл, прежде чем я покинул то проклятое пастбище, я заметил, как канюк спустился в лес за кучей сожженных бревен. Я пошел туда и увидел в кустах обнаженное тело Элиотта с простреленным сердцем. Ты задался целью, Кэмпбелл, сжечь одеяло и одежду убитого, а остальное доверил стервятникам… Но стервятники, Кэмпбелл, тебя подвели.

Голос моего дяди стал громче:

— Я послал весточку моему брату Руфусу, чтобы тот собрал отряд и привел его в таверну Максвелла. Затем я заехал сюда отдохнуть и задать корм своей лошади, и застал тебя, Кэмпбелл, за осуществлением второго этапа твоего дьявольского плана! Я уговорил миссис Элиотт послать за Руфусом, чтобы он был свидетелем на твоей проклятой свадьбе, и взял с нее обещание отложить церемонию до его приезда.

Дядя поднял огромную руку со сжатыми бронзовыми пальцами, большими, как сцепные штифты телеги.

— Я бы остановил ее собственноручно, – сказал он, – но мне хотелось, чтобы люди с холмов повесили тебя… И вот они здесь.

В холле снаружи послышался громкий топот, вошла группа мужчин – широкоплечих, мрачных, решительных, и Эбнер назвал их всех по именам:

— Арнольд, Рэндольф, Стюарт, Элнатан Стоун и мой брат Руфус!

В наших краях встречались удивительные и разнообразные проявления мужества, но даже в Великих горах я никогда не видал человека, подобного Сайрусу Мэнсфилду. Он был стар и умирал, когда случилось это ужасное происшествие; но даже на пороге смерти, несмотря ни на что, он встретил свою судьбу в соответствии со своими языческими представлениями об общественном благе, и судить его должны его собственные боги.