Книга Не смей меня желать, страница 85 – Анна Одувалова

Я думаю обо всем сразу. О себе, о жизни, о Марке. Эти мысли не покидают ни во время отпевания в церкви, ни на кладбище, на котором я в последнее время появляюсь очень уж часто.

А когда сажусь обратно в свою машину и скрываюсь за тонированными стеклами, внезапно понимаю: я его простила. Простила Марка за желание сделать мне назло, а Дину – за то, что привыкла брать от жизни все. Не так уж она и неправа. Иногда эта самая жизнь слишком быстро заканчивается.

Решение позвонить рождается спонтанно. Я понимаю, что он нужен мне. Вот прямо сейчас я хочу, чтобы сегодня вечером он появился на пороге моей комнаты и обнял, не давая улететь в бездну отчаяния. И наплевать на всех. На друзей, на папу, разницу между нами. Находясь на краю, я могу думать только о нем. Несмотря ни на что, ему единственному я доверяю.

Хлопаю по сиденью, ищу телефон и вспоминаю, что отдала его охраннику.

— Георгий, телефон передайте, пожалуйста, – прошу я, но в ответ слышу лишь тишину. – Что такое? – спрашиваю я, и в зеркале заднего вида вижу холодные, прозрачные глаза. Я никогда не видела у него такого взгляда – расчетливого, жестокого.

Смотрю за окно и понимаю, что мы едем куда угодно, но не в ресторан.

— Что это значит? – дрожащим голосом уточняю я. – Куда мы едем?

— К морю, – наконец отзывается он. – Ты ведь любишь море, Вероника? Твоя мать любила.

— Откуда вы знаете мою мать?

Георгий молчит, а меня накрывает паника. Я в машине, телефона нет, и совсем непонятно, что будет дальше. Точнее, я просто боюсь признаться в том, о чем догадываюсь.

— Телефон верните, пожалуйста… – прошу я дрожащим, жалким голосом.

— Он тебе больше не понадобится, – отвечает Георгий и дает по газам.

Я понимаю, что нужно что-то делать. Не знаю что, но и сидеть просто так, смирившись с неизбежным, нельзя. В голове туман и страх. Я истерично дергаю ручки двери, пытаясь выйти на ходу, и наплевать, что «крузак» несется на предельной скорости, но не могу. Все замки заблокированы.

— Не дергайся, Вероника, скоро все закончится. Не стоит так паниковать. Почему вы все всегда паникуете? Некоторые вещи нельзя изменить. С ними можно только смириться.

— Нет! – всхлипываю я. – Я не хочу, чтобы все закончилось! Не хочу, отпусти, пожалуйста! Что тебе надо? Деньги? У моего отца есть деньги, он даст тебе столько, сколько захочешь!

— У вас у всех были деньги. Но согласись, перед лицом смерти они совсем неважны.

Марк

У паранойи есть свои плюсы, в этом я убеждаюсь, когда запрыгиваю на заднее сиденье внедорожника. Найти Нику не проблема, потому что «крузак» оснащен новой противоугонной системой и его передвижения отображаются на спутнике. Сейчас он едет с кладбища, но совсем не в сторону ресторана, а за город. К морю.

Самбурский вызвал ментов, позвонил старым друзьям-военным, но времени нет, поэтому внедорожник со мной и двумя охранниками срывается из двора, даже не пытаясь дождаться помощи.

Андрей гонит как сумасшедший, но мне кажется, что машина просто ползет едва-едва. Расстояние между точкой на экране телефона, которая означает машину Ники, и нами почти не сокращается. Хочется выгнать Андрея из-за руля к чертям. Наверное, нужно было ехать на своем мотоцикле. Так бы вышло быстрее. Но сейчас единственное, что я могу делать, – это сидеть и молиться, чтобы с Никой все было хорошо. И верить, что мы успеем.