Книга Не смей меня желать, страница 83 – Анна Одувалова

До матери добираться минут двадцать, поэтому я успеваю как раз к ужину.

— Ну смотри-ка, – довольно хмыкает она, пропуская в дом. – Не рассчитывала тебя тут увидеть.

Пожимаю плечами и захожу.

— Я всегда был послушным сыном.

— И то верно, – соглашается мама. – У меня сломался кран, – заявляет она с порога. – И еще – ручка на двери. И надо немного подклеить обои.

Вздыхаю, но радуюсь, что ближайшие несколько дней мне точно не придется терзаться различными мыслями.

Так и есть. На следующее же утро меня ждут строительные магазины и увлекательный квест под названием «Купи маме обои, такие как вот эти, но по цене тех и расцветки – как вон та клееночка».

Весь вечер разбираю гостиную. Таскаю мебель, передвигаю шкафы и матерюсь. Мог бы догадаться, что мама ждет меня не на чай с плюшками. Нет, плюшки тоже были, но после того как я передвинул почти всю мебель. При этом сама мама вечером упорхнула и вернулась к полуночи. Я даже не стал спрашивать, где она была. Меньше знаешь – крепче спишь.

А на следующее утро, разбирая один из шкафов, я натыкаюсь на альбом с фотографиями. Натыкаюсь, повинуясь ностальгии, потому что выпала одна фотокарточка с отцом. Ему там, наверное, меньше, чем мне сейчас.

Раскрываю альбом и начинаю перебирать снимки. На многих вижу отца Ники. Он, мать и отец, похоже, много времени проводили вместе. Одна фотка заставляет замереть. На ней много народа на заднем фоне, сразу видно, сделана она случайно. А на переднем плане папе жмет руку молодой долговязый парень. Я не придал бы этому значения, если бы не татуировка в виде головы волка на запястье.

— Мам! – ору я.

— Что случилось?

— А это кто?

— Да я уж почти не помню… – отзывается она, разглядывая фотографию. – Один из друзей… да нет, скорее, приятелей отца. С ним больше Валера общался. Там история нехорошая.

— Что за история?

— Я точно не знаю. – Мать присаживается на диван и бросает задумчивый взгляд в окно. – Когда твой отец только начинал служить, многие пытались мутить бизнес. Леньков, Самбурский и вот Гриша… не помню. Фамилия простая. То ли Иванов, то ли Петров. Но эти-то были поумнее, пожестче, а у Гриши что-то пошло не так. То ли денег кому задолжал, то ли прогорел. Угрожали ему. Короче, закончилось тем, что он попал в аварию. Кто-то говорил – подстроили, кто-то – сел за руль пьяным. На нем ни царапины, а вот Светка (это его девушка) погибла. Ей тогда было всего девятнадцать. Они жениться летом хотели. Гриша после этого исчез и в городе не появлялся. Ты куда? – удивляется мама, так как я срываюсь в сторону двери, на ходу натягивая косуху.

— Мне нужно срочно уйти!

— А хлам? А ремонт? Марк!

— Потом, – отзываюсь уже из двора и вскакиваю на мотоцикл.

У дома Самбурского, естественно, меня пускать не хотят. Я искренне надеюсь, что после того, как схлопотал по роже, Андрей не будет сильно злиться. В любом случае хотелось это сделать, потому что он смотрел на Нику… Короче, не нравилось мне, как смотрел.

— Самбурский! – ору еще от бассейна, зная, что охранники зовут подмогу и меня скоро скрутят. – Самбурский!

— Ты дебил? – интересуется отец Ники, появившись на лестнице второго этажа, когда я врываюсь в холл. – Ты че орешь и какого хрена сюда явился? Мы же все обсудили. Тебя вышвырнут на хер.