Книга Пыльный цветок гарема, страница 9 – Селина Катрин

— Всё, мне пора. — Я крепко обняла женщин и бросилась к двери.

— Жасмин, куда⁈ Пояс забыла! — окрикнула Марьям, когда я уже почти ступила за порог. — Сейчас завяжу. — И понизила голос: — А вырезом всё равно воспользуйся. Если гость тебя выберет, подразни его огонь, полыхать будет лишь ярче.

— Марьям! Хватит, уже «помогла» девочке, не надо всё портить советами…

— Да я не порчу!

— Всё, спасибо, дорогие. — Я поцеловала Айшу в морщинистую щёку, бросила признательный взгляд на Марьям и на этот раз бросилась к главному залу, больше не слушая, что кричат няньки вдогонку.

Я ждала этого дня месяцами. Точнее, мы все — цветы гарема — его очень и очень ждали и переживали. Раз в два-три года, а иногда и ещё реже, в зависимости от засух и песчаных ветров, до города добирались караваны от самого Аль-Мадината, и эти дни становились самыми волнительными для всех девушек, ведь по закону Аль-Хаята только девушку, однажды остудившую кровь путника, имели право позвать в жёны.

Как-то Айша сказала, что это очень мудрое решение, потому что во всех остальных городах женщин обязывают носить ужасные наручи.

— Мустафа Повелитель Оазисов очень добр к нам, — говорила Айша, расчёсывая мои волосы перед сном. — Законы в Аль-Хаяте сильно отличаются от других городов. Здесь женщины могут ходить без рукавиц хоть всю жизнь, а это дорогого стоит. Посмотри, какие красивые руки у тебя. Ровные, без бугров.

У самой Айши кожа на руках была странной, местами неровной. Женщина пришла в Аль-Хаят двадцать лет назад одна, преодолев пустыню на верблюде, и никогда не рассказывала о своём прошлом. После долгих расспросов эмир взял её во дворец нянькой к гарему.

— Ритуал гостеприимства или право первой ночи для путешественников — тоже мудрое решение, — комментировала Айша. — Если девушка не справится с эмоциями, выпустит свои шипы и случайно убьёт чужака, то её высекут, поставят на стеклянную крошку на три дня, отправят работать прачкой или посудомойкой, но, в конце концов, сохранят жизнь. Поверь, моя дорогая, это многого стоит. Если же девушка с достоинством проходит испытание, то она может стать уважаемой женой любого мужчины Аль-Хаята. А если чужое семя приживётся во чреве, то сам Мустафа может взять её младшей женой.

Всё это и многое другое лихорадочно крутилось в голове, пока я бежала в зал. Зашла за мгновение до того, как паладин взялся за ручку громоздкой двери, и под его внимательным взглядом скользнула крайней в ряд. Священная книга «Сага Первых Дней» предписывала, что при общении с мужчиной женщина всегда должна стоять неподвижно и склонять взор к полу, показывая свою покорность. Она не должна искушать ни взглядом, ни движением, ни дыханием, пока они не окажутся в опочивальне. Я так и планировала поступить, но не удержалась, заметив на госте экзотические высокие ботинки со смешными завязочками, и так и замерла, подняв взгляд.

Это был потомок джиннов!

Жасмин

Солнце только начинало заходить, заливая зал эмира золотистым светом, когда я его увидела. Рогатая фигура выделялась среди массы паладинов, и я, словно загипнотизированная, не могла отвести глаз. В госте Аль-Хаята было нечто особенное, неуловимо притягательное. Высокий, широкоплечий, с осанкой прямой, как выпущенная из лука стрела, он стоял по центру зала, широко расставив длинные ноги, и держался с Мустафой Повелителем Оазисов как с равным! Никто себе такого никогда не позволял!