Книга Чужеземец, страница 11 – Карина Иноземцева

Два мира замерли друг напротив друга. Граница может низвергнуть во тьму или засосать в чёрную дыру. Ничего светлого и радостного.

Два мира. Граница. И мы стоим друг напротив друга.

Рука осторожно приближается, будто пробуя воздух перед касанием — неуверенно, трепетно. Лёгкое прикосновение скользит по коже, едва ощутимое, словно нежная кисточка художника оставляет тонкий мазок на холсте. Ощущение одновременно щекочет и согревает, рождая волну мурашек, пробегающих вдоль позвоночника. Кажется, каждая клетка тела оживает, отзываясь тёплом на робкий контакт, вызывая тихое покалывание, распространяющееся волнами тепла по всему телу. Это мгновение словно разрывает невидимую границу, сносит неприступную стену. Прикосновение становится особым, наполненным чувствами и эмоциями, выраженными одним лишь осторожным движением руки. Его пальцы смыкаются на моём запястье. Он осторожен, боится ранить или сдавить, но в его взгляде уверенность, мощь, сила.

— Благодарю, — железный голос холоден, но он не страшен. Ирит отходит на шаг и переводит взгляд на взбешённого княжича.

Богдан готов убить взглядом, но когда воин обратил на него внимание, резко отвернулся, поджав губы. Княгиня дрожащей рукой отодвинула прочь кружку и гневно улыбнулась, обещая мне серьёзный разговор.

А где же благодарность за подарок? Мне слизняка подарили, и я благодарила, а за драгоценность надо молчать?

— Здравия Итару, — я подняла кружку, но весь зал молчал. Княжич усмехнулся, словно услышал писк надоедливого котёнка. Молчали гости. Послышались редкие издевательские смешки.

Богатыри недовольно заозирались и даже самые смелые зубоскалы заткнулись, забыв, как дышать.

— Здравия Итару! — поддержка пришла оттуда, откуда и не ожидалось. Проснулся князь и трясущейся рукой поднял полный кувшин. Его слабые руки расплёскивали жидкость, но старик смог сказать тост благодарности. — Здравия Итару, — повторил правитель.

— Здравия. Здравия. Здравия, — послышались тихие пожелания, и я забыла об осторожности, намереваясь выпить медовуху.

Вдохновлённая княгиня просияла. Она будто ждала самого эпического момента развернувшегося представления. В её взгляде уже плясали черти в смертельном танце, поглощая меня. Задора громко пискнула: «Мёд» и протянула руки в мою сторону.

Но быстрее всех был Итар. Он резко вырвал кружку из моих рук, и сам выпил всё в один глоток.

— Как посмел! — взревела княгиня. — К посуде девы губы прикасались! Непотребство перед сотнями глаз!

Но всего одно предложение остудило пыл злословки.

— Мне можно!

На его губах появился животный оскал. Жених слегка склонил передо мной голову и строго, сердито царапнул взглядом, а потом начал отступать спиной к двери. Резко повернулся и как стремительный вихрь пронёсся по столовой. Хлопнула дверь.

Зал выдохнул. Кажется, многие только вспомнили, как дышать, а я ощутила внезапную слабость и почти упала на своё место. Хотела поблагодарить князя, но того уже уносили из зала.

— Благодарю за трапезу, матушка, — пробормотала и быстро направилась за старичком, который решал мою судьбу.

Внезапно холодная рука больно схватила меня за запястье. Прямо там, где ещё остался след от прикосновения Итара.

— Ты хотела подумать над будущим, — резко, холодно выплюнула княгиня, больно сжимая мою руку. — У тебя не будет будущего вдали от Богдана или ты о любви своей забыла?