Книга Возрождение Тёмной, страница 44 – Юлия Фим

— У меня хорошие новости! Я раздобыла нож! Схватив подругу за руку, Чживэй тихонько, чтобы не привлекать внимания окружающих, приложила ладонь к ступне. Джия восхищенно выдохнула.

— Осталось только теперь отодрать его от ноги.

Это оказалось непросто. Клей отходил тяжело, и рана вокруг пореза становилась все более рваная. Чживэй едва сдерживалась, чтобы не издать болезненных вздохов.

— Давай одним движением, – прошептала Чживэй.

— Десятый, – раздался голос одного из темных. – Эти двое возятся.

— Болит рука, – тут же среагировала Чживэй, показывая ладонь с меткой.

Десятый приподнялся и сверкнул на нее взглядом.

— Замолчите и спите.

Он тут же равнодушно отвернулся, не попытался настучать на нее и даже не пообещал ей мучительных пыток. Слишком легко. Он устал?

Такое безразличие было неожиданным, тем более что ожог на руке уже превратился в уродливый шрам, в котором теперь отчетливо просматривалась метка-иероглиф. При помощи таких меток Светлые лишали силы темных: они больше не чувствовали энергий вокруг и не отличались от обычных людей. В первые дни заточения в лагере Чживэй хотела изрезать метку на куски, изуродовать ладонь еще больше, однако Джия сказала, что это не вернет силу.

В один из рабочих дней атмосфера изменилась: небо посветлело, воздух посвежел и даже настроение поднялось. Чживэй подняла голову, и не только она, все оторвались от своих дел и осмотрелись. Надсмотрщики тут же наказали некоторых ударами палок, и все вернулись к работе.

Чживэй поступила так же, однако сердце ее забилось чаще. Она поняла: делегация Светлых прибыла.

Светлых они сегодня так и не увидели. Когда стемнело и работа была окончена, темных отправили обратно в бараки. Укладываясь спать, Чживэй думала, что не сможет уснуть из-за предвкушения скорой свободы, однако едва приняла горизонтальное положение мгновенно погрузилась в сон.

Где-то под утро Джия крепко прижалась во сне к Чживэй.

— Я вернусь за тобой, – прошептала Чживэй на ухо подруге. – Верь мне. Я обязательно придумаю способ вытащить тебя отсюда.

Чживэй не хотела расставаться с Джией, однако уходить вдвоем – значило подвергнуть их излишней опасности. Без прикрытия план мог сорваться, и тогда Чживэй будет убита быстрее, чем успеет сказать слово «месть».

— Я тебе верю, – пробормотала Джия, прижимаясь теплым боком к Чживэй.

Чживэй так и не смогла больше уснуть и пролежала до звука гонга, сжимая худенькую Джию в объятиях.

Новый день начался, как и всегда, с того, что все медленно поплелись к бочке с водой. Чживэй вложила острие ножа в рукав и закрепила кусочком ткани, чтобы не потерять.

После утренних процедур темные привычно выстроились перед бараками, ожидая распределения на работу. Однако время шло, и они продолжали стоять, напряжение нарастало, разливаясь в воздухе.

На поляне появилось трое Светлых. Роскошество их одежды выделялось на фоне простоты и убожества темных. Золотистые волосы нимбом сияли в лучах солнца, а одежды были украшены изящной вышивкой.

Один из Светлых держался в стороне, очевидно, занимая более высокое положение. Однако он притягивал к себе взгляды вовсе не более богатым нарядом, а непостижимой красотой. Лицо его больше походило на произведение искусство, и он моментально привлек к себе внимание всех окружающих, словно кто-то исполнил музыкальный шедевр или словно им явилось творение самой природы, которой не было равных в завораживающих душу картинах. Черты его лица гармонично сочетались с прямым носом и выразительным взглядом, добавляя ему мужественности.