Книга Чудеса под снегом. Рассказы о любви и волшебстве в большом городе, страница 43 – Алиса Бодлер, Валерия Шаталова, Светлана Волкова, и др.

Из подворотни послышалось жалобное мяуканье, еле слышное.

«Да не, глючит – переработала». Девушка тряхнула головой, сбрасывая сонное оцепенение.

Мяуканье повторилось. Так ещё и чувство такое возникло неуютное, словно за ней кто-то следил. «Что я делаю, куда иду? – устало думала она. – Только б не напороться ни на кого…»

Говоря себе всё это, она всё-таки шла вперёд и даже ускорила шаг. Как-то жалко стало это создание, не нашедшее тепла в такую ночь.

В углу между домами у мусорки на снегу лежала кошка, худая и сильно потрёпанная. Свалявшаяся шерсть была такой грязной, что не представлялось возможным даже понять, какого она изначально цвета.

Кошка не шевелилась, тяжело дышала, открыв пасть, только изредка издавала жалобный звук. На снегу расплывалось тёмно-алое пятно, яркое, как Катино пальто.

«Своих, что ли, проблем не хватает? – устало подумала девушка. – Кошка ещё какая-то… да не обязана я работать в новогоднюю ночь! Она же даже ничья… и всё равно уже умирает…»

В голове закрутились все возможные варианты болезней. А Катя была не волонтёр, а пока недоучившийся ветеринар, и не обязана была подбирать умирающих зверюг. Да и куда девать эту кошку-то? Начальник, Павел Иванович, по головке не погладит, если она принесёт в клинику лишнюю инфекцию, да ещё и неопознанную.

Со вздохом девушка присела на корточки, протянула руку. Кошка подняла на неё взгляд и, оскалившись, зашипела. Вышло тихо и неубедительно. Тогда животное попыталось отползти и вжалось в снег, не сводя с Кати взгляд. Зашипела сильнее. Снежинки ложились на расцарапанную морду. Кошка дрожала всем телом, то ли от холода, то ли ещё от чего.

Поставив пакет на землю, Катя достала кусок колбасы и попробовала приманить животное. Кошка опасливо потянулась навстречу. Носик затрепетал. С усилием приподнявшись на тонких лапах, она подошла к девушке, коротко зашипела, но всё-таки легла рядом.

— Бедная, откуда ж ты такая взялась? И кто тебя так покоцал? – тихо, ласково заговорила девушка. – Кушай, не спеши. Хорошая.

Откуда-то она была уверена, что это именно девочка.

Кошка даже не ела – первый признак, что совсем дело плохо. Мерзкий голос в голове нашёптывал, что лучше б её тут и оставить спокойно помирать. Но Катя всё больше укреплялась в мысли, что хотя своих проблем у неё, безусловно, хватало, бросить тут эту зверюгу она просто не могла. Говорили, что обижать собак этого Города – плохая примета, но кошек же тоже жалко. Тоже ж ведь живые. Хотя сколько их таких, дворовых, влипших в неприятности… а у неё пальто новое, только-только купила, подарок себе решила сделать. Смешно такое думать, но вдруг не отстирается?

Кошка встряхнулась и зашипела громче. А вдруг вцепится? Но выглядела она такой слабенькой и несчастной, что Катя не выдержала.

— Ладно, горюшко, пойдём лечиться, – вздохнула девушка. – Попрактикуюсь на тебе.

Расстегнув пальто, она аккуратно подхватила шипящий грязный меховой комок и прижала к груди, прикрывая. На удивление, кошка перестала шипеть и дёргаться и тихонько затарахтела, пригревшись.

Неловко подхватив пакет с едой, Катя продолжала путь к «Сириусу».

* * *

Выйдя из лабиринта одинаковых тёмных дворов, Ярик, наконец, оказался на улице и сверился с навигатором – к сожалению, снова тщетно. Тот по-прежнему отказывался работать.