Книга Чудеса под снегом. Рассказы о любви и волшебстве в большом городе, страница 146 – Алиса Бодлер, Валерия Шаталова, Светлана Волкова, и др.

– Мой отец страдает от аневризмы, – уже стоя у порога призналась Лола. – Поэтому я хочу верить в то, что вы говорите. Не могу себе представить, что пройдет какое-то время, и мы с ним больше не встретимся никогда.

Следующим вечером мы вновь пришли в ту кофейню для того, чтобы узнать, уволилась ли Лола. Но нас встретила закрытая дверь.

Знакомая фигура махала нам из сквера, что располагался прямо напротив.

– Макса арестовали, – весело пропела девушка, когда мы приблизились к ней. Сегодня она была накрашена еще ярче прежнего. – И я уволила себя сама. Работать больше некому. Вот такие дела, котики.

С тех пор нас стало трое.

Мы были непонятыми детьми-переростками, блуждающими в кромешной тьме. Шон старался посещать свои занятия в колледже, но пропускал их все чаще, Лола искала работу, но не слишком активно, а я не собирался и думать о том, чтобы выйти из академического отпуска, который выбила моя мать у декана. Наша маленькая компания была слишком занята обсуждением истории мертвого мальчика и его не менее мертвого дяди и не собиралась выныривать в реальный мир.

Мы выслеживали маленький призрак в знакомых, хорошо изученных локациях, но он больше не появлялся. Рылись в моих семейных альбомах и документах, пытаясь подтвердить уже ранее предполагаемое мной кровное родство с персонажами этой жуткой старинной байки. Посещали библиотеки и даже городской архив. Я не мог до конца быть уверенным, почему Шон и Лола так яро пытались помочь мне разобраться с тем, что больше напоминало навязчивую идею. Я не знал, верили ли они мне на самом деле. Но мы продолжали искать, думать и говорить об этом.

Наличие компании стирало мое безумие, уводило его на задний план. Чем больше мы говорили об этой истории, тем реальней она становилась.

Я больше не видел мальчика, но чувствовал его присутствие. Поглядывая на своих весело болтающих новых друзей, я задумывался, не этого ли он добивался? Могло ли случиться так, что цель маленького призрака всегда была в том и только лишь в том, чтобы возродить историю и сохранить память, а не наказать меня за то, чего я не совершал?

И, кроме того, если я вернулся в этот мир спустя столько лет, то, возможно, и он, этот самый ребенок, теперь имеющий совершенно другие лицо и имя, бродит где-то рядом со мной?

Что, если реальной целью, которая была передана мне сквозь столетия, была задача найти этого мальчика? Искупить свою вину? И дать ему лучшую жизнь?

Сегодня утром Лола позвонила мне на домашний телефон и попросила о встрече. Мы с Шоном приехали в торговый центр, который она назвала: на время праздников она подрабатывала там рождественским эльфом.

– Мне кажется, я нашла район, где может находиться этот дом, – сказала нам Лола, весело позвякивая обилием колокольчиков на полосатой шапке. – Я поспрашивала отца. В последние пару дней он был разговорчив. Нам надо съездить туда и посмотреть самим.

– Ты уверена, что нам это нужно? – скептически уточнил я. – Мальчик бегает по городу. Держу пари, этого места он боится.

– Мы пока что ищем не мальчика, а правду. Мальчик к тебе и так приходит. Вся проблема в том, что у нас есть только какой-то кусок истории, а не вся летопись его жизни. Если мы хотим разобраться во всем от и до, надо начинать с начала. С дома.