Книга Все оттенки ночи. Страшные и мистические истории из переулков, страница 82 – Анна Сешт, Олег Крамер, Екатерина Каретникова, и др.

— В смысле?

— Ну… вот это вот все: подарки, поездки, или что-то еще? Чем он тебе нравится?

— Глупый вопрос. Конечно, я ценю его душу и богатый внутренний мир. Ты сейчас придираешься. Просто у восточных мужчин столько темперамента, что они его выплескивают везде. И в виде постоянных подарков тоже.

— Восточных?

— Да! Он дальний потомок турецкого султана, между прочим. В нем эта порода сразу видна.

— Ты же говорила, что он голубоглазый блондин.

— Ну… я тогда соврала, – девушка от неожиданности заметно растерялась.

— Тогда или сейчас? Или вообще все это время? Хоть одно слово правды-то прозвучало?

Она судорожно вздохнула, ее губы задрожали.

— Гад! – заявила она и снова убежала по лестнице наверх.

На сей раз он не стал ждать, а сразу пошел следом.

Она хлопнула дверью, пока он еще поднимался, поэтому он подошел к ее комнате, сел на пол, прислонившись спиной к дверному косяку и громко заговорил:

— Я тоже не лучше. Я тебя обманул не меньше. Нет у меня никакой невесты. Сочинил все. Можно сказать, в отместку. Меня так возмутил твой муж, что решил придумать себе тоже что-то такое, чтобы не выглядеть лохом.

— Почему? – раздался голос из-за двери.

— Что почему?

— Почему он тебя возмутил?

Он замялся.

— Ну… не знаю. Мне стало неприятно.

Дверь комнаты открылась. Девушка стояла на пороге. Он взглянул на нее и вздрогнул: ее внешность менялась на глазах. Волосы посветлели на тон и стали каштановыми и доставали теперь только до плеч. Глаза оказались вовсе не темными, а зелеными. Да и губы утратили лютую яркость и стали куда симпатичнее. И вообще ей теперь на вид было не двадцать с большим увесистым хвостиком, а едва ли восемнадцать.

— Почему тебе стало неприятно? – спросила она по инерции и, взглянув на него ойкнула. – Что с тобой?

— А что со мной? – он посмотрел на свои руки и расстроенно вздохнул.

Брутальная мускулатура таяла как прошлогодний снег в мае.

— Понятно. Видимо, то же, что и с тобой, – горько ухмыльнулся он.

Девушка пулей нырнула обратно в комнату, где у туалетного столика было зеркало.

— Черт! – раздалось из-да двери.

— Согласен. Я тут впервые себе нравился, – вздохнул он и поднялся.

— Я тоже! Всегда завидовала Мартише Адамс. Ее стилю, манерам и прочему. А тут вдруг стала на нее похожа, как и хотела.

— То есть тебя и не Мартиной зовут, да?

Девушка вышла к нему в холл.

— Да. Только не спрашивай настоящее имя.

— Ты его тоже не помнишь? – спросил он, глядя в ее умопомрачительные зеленые глаза.

— А ты… не Михаил, да?

Он кивнул:

— Придумал на ходу. Типа медведь – здоровый, сильный там и все такое.

— Тебе это имя совсем и не шло. Невелика потеря.

— Ты знаешь… из тебя тоже Мартина так себе. Теперь… ты гораздо лучше.

Она улыбнулась, и он с радостью обнаружил, что на ее щеках от улыбки, оказывается, появляются ямочки.

— Правда? – спросила она.

— Правда, – кивнул он и тоже улыбнулся в ответ.

— Знаешь… я тоже рада, что тебе не тридцать, как казалось вначале. А… сколько? Восемнадцать?

— Семнадцать, – вздохнул он.

— О… и мне тоже.

После некоторой паузы он спросил:

— А ты все это вот серьезно фантазировала? Машины, Мальдивы? Ты реально считаешь, что жить надо так?

— Я просто хотела тебя позлить. Ты меня так бесил с этой своей невестой! Невозможно просто. Вот я и придумала максимально мерзкий образ, – засмеялась она.