Книга Все оттенки ночи. Страшные и мистические истории из переулков, страница 160 – Анна Сешт, Олег Крамер, Екатерина Каретникова, и др.

Парень хмыкнул и жестом фокусника извлёк из-за спины зелёную пластиковую папку. А потом открыл её и показал Артуру первые страницы.

— Узнаёшь? Его ищешь ты, его искал я, его искало много людей до меня. Это называется у них Заданием № 1.

Артур узнал. Узнал ту самую папку, которая лежала на базе.

А парень с экрана продолжал:

— И никто… Слышишь? Никто не вернулся. Не получил денег. Не увидел дом. Если ты это смотришь, я тоже не вернулся. И ты вряд ли станешь исключением. Пока жив, пока можешь – беги! Беги. Беги…

И в этот момент у Артура зазвонил мобильник. Он выхватил его, уронил и поднял. И всё это за секунду.

Он узнал её голос – смущённый, взволнованный, но абсолютно тот же. Он понял, что она жива – и это было единственной хорошей новостью за последнее время. Он слушал её и понимал, что жизнь ещё не закончилась. И что теперь он её заберёт с собой. По-любому, заберёт. И пускай он сможет добраться туда, где она сейчас, лишь глубокой ночью – это ничего не меняет. Он даже не обращал внимания на то, что она несла какую-то феерическую ересь про любовь и про то, что она понимает, до какой степени ему не нужна, и ещё про что-то такое же, девчачье и нелепое до бреда.

Но потом он не выдержал, потому что нужно было спешить, а она всё говорила и говорила. И кажется, последним словом, которое она услышала от него, оказалось слово «дура».

* * *

Вика подумала, что это было примерно так же, как если бы она разделась, а он не заметил. Вот такой получился звоночек.

Нет, ну она бы придумала миллион разумных объяснений – почему. Но на самом деле подозревала бы, что причина одна-единственная. А все остальные – так, чтобы на минуту обмануться и утешить себя. Или пусть не на минуту, пусть на вечер. Но всё равно – ненадолго.

Все эти мысли и сравнения не давали Вике ни уснуть, ни просто выпить чашку чая. Она металась по чужой кухне, сжимала кулаки и даже не вытирала слёзы.

Сказать по правде, ей повезло. В парке после рисования и прощания с жучком, оставленным на куртке Того Самого Человека, у нее закружилась голова так, что организатор праздника вызвал скорую. А фельдшер из скорой отвезла её к себе домой, потому что больница Вике была не нужна, а назвать адрес квартиры, в которой ждал Артур, она не смогла. Правда, жила фельдшер за городом. Но обещала назавтра найти попутку до города. Поэтому ночевать Вика осталась в пустом деревянном доме, пропахшем свежей полынью и мятой, а не на шоссе. И не в плену у кого-нибудь, как подозревал Артур до ее звонка.

Правда, сейчас она не понимала своего счастья. Она думала только про Артура.

Про то, как ему объяснить, если он просто не хочет слышать. Она не бросила его. Она не смогла к нему прийти. Физически не смогла. Ей было так плохо, что мир кружился перед глазами бешеной каруселью. Как тут пойдешь? Сказались нервы. И то, что не ела нормально сто лет. И все, все, все.

Вика ни в чём не виновата, но она бы сто раз попросила прощения. Сто раз! Если б только это помогло. А она знала, что не поможет. Один умный человек сказал ей давным-давно: «Никогда не унижайся перед парнями. Ничего не исправишь.

И вообще – будет ещё хуже, даже если кажется, что хуже некуда». Вика это запомнила и верила, что так и есть.

И теперь она металась по чужой кухне и придумывала, где найти выход.