Книга Кощеев не убивать!, страница 99 – Александра Логинова

Спустившись на первый этаж, я внезапно столкнулась с белой тенью.

— Фрида, что случилось?

Богиня выскочила из лазарета, размазывая горячие слезы. Давясь рыданиями, девушка яростно хлопнула дверью, провыв что-то ругательное на языке первых викингов.

— Все… Все! — истерично всхлипнула она, показывая сжатый кулак с бесполезным перламутровым браслетом, повисшим между пальцев.

Бледная мама ждала у ворот академии, перекатываясь с пятки на носок. Суровая — хоть картину пиши. Прототип скульптуры «Родина-мать», зовущей солдат защищать Отечество. По личной просьбе Янины Яги меня неохотно выпустили за периметр здания, сопроводив под конвоем до выхода. Демонстративная охрана студентов вызывала смех сквозь слезы, ибо домовые успели заработать на безбедную старость внукам за счет наших вылазок.

— Доченька, надо торопиться, — мама прыгнула за руль немецкого танка, ошибочно названного легковой машиной, и с ревом завела мотор.

— Все так плохо? — испугалась я.

Первый раз вижу матушку ревущей. Родительница прочистила горло, поглядев в ответ с отчаянием. На скорости, превышающей молодого волколака, мы вылетели на трассу человеческого мира, где настоящая божья раба вдавила педаль в пол.

— Хуже, чем было, но лучше, чем ожидалось. Посмотри направо.

— Уй, блин…

— Посмотри налево.

— Еще хуже, — я брезгливо поморщилась, закрывая нос от гнилого запаха.

Легкий декабрьский снег, укрывший плодородные поля, стремительно чернел. Угольная пыль засыпала белые сугробы, укрывая простор вдовьим платом. Грязно-серая масса издали воняла гнилью, ползущей в сторону ближайшего города.

— Квадратный километр в час.

— Молодец, — ма усмехнулась. — Успешно осваиваешь учебную программу: скорость, время, расстояние. Сейчас квадратный километр в час, завтра — два километра, послезавтра доползет до Читы и подточит теплосети.

Горькое зловоние навьей энергии тихо выползает из-под земли, без боя захватывая павшие рубежи. Энергия болезней, неудач, распрей, агрессии, братоубийственной злобы отравляет людей и слушается исключительно своих жрецов.

— Молодой Кощей нес большую ношу, обороняя границы человеческого мира. Как твоей волею ежедневно рождаются младенцы, так силами наследника нави мор обитал только под землей. Теперь все изменилось. Мироздание шатается, как гнилой зуб.

Константин успел оправиться от ранения, взявшись нарушать абсолютно все врачебные рекомендации. Сумев встать на ноги, царевич первым делом потребовал воды и не успокоился, пока не осушил двенадцать ведер. После рыкнул на меня, чтобы выключила прямой эфир в мир смертных и перестала его позорить просьбой поддержать деньгами молодого фокусника. Я его простила, на больных не обижаются.

Отдирая бинты вместе с засохшей кровью, Константин, совершенно не стесняясь, закатал рукава и окончательно сошел с ума.

«Ты чего творишь, сущеглупый?», — скандалила я, успевая подставлять пробирки.

Алая живая кровь хлестала из перерезанной артерии, ручьем катясь по царскому клинку. Нанеся еще один порез, Костик снисходительно закашлялся, уверяя, что я поблагодарю его позже. И чтобы не смела растрачивать его кровь попусту, используя только для дела. Какое это дело — стало известно позднее.

— Если не укрепим кощеевские рубежи, похороним пару областей.