Онлайн книга «Проклятие рода Прутяну»
|
— Тсер-ра… Бархатный мягкий голос, прогибающийся под тяжестью чужого тела матрас, родной, до боли знакомый яблочный запах, каждый раз окутывающий ее после выхода из ванной. Почему же так тяжело распахнуть веки? Казалось, их залили остывающим воском, запечатали свинцом или серебром. Ресницы затрепетали, но она так и не смогла. — Тсер-ра… Рычащая вибрация коснулась глотки, когда влажные прохладные губы опустились на шею, прикусили горячую, солоноватую от пота кожу. Тсера всхлипнула. Протестующе? Одобряюще? Потерявшаяся в горячке, в бреду, она не понимала, хорошо это или плохо. Ей просто хотелось чужого холода, хотелось, чтобы языки огня прекратили вылизывать ее кожу. И Копош подалась вперед, зарылась пылающими пальцами в мягкие волосы, скользнула сквозь спутанные пряди. Жарко, как же ей до ужасного было жарко. Невесомый поцелуй почти опустился на губы, кончик чужого носа медленно, дразняще потерся о ее нос, Копош потянулась вперед, приподнимаясь на локтях. Бархатный смех. И снова жар. Тсера не получила желаемого. С разочарованным выдохом опала обратно на подушки, вздрагивая, когда спутывающее ноги одеяло оказалось сорвано резким рывком. Но легче не стало… — Моя маленькая покладистая Тсер-ра… Уверенная рука легла на плоский живот, ныряя под майку, пока он опускался поцелуями к ключице, обжигал, кусал, делая неспешные глотки, а затем зализывал яркие вспышки боли. Тсера уже не понимала, что реальность, а что вымысел больного воображения: кожа влажная от пота или от крови, сочащейся из оставленных жгучих укусов? Пальцы мужчины сжали ребра, требовательно потянули ее на себя, заставляя соскользнуть с подушек ниже, а губы накрыли грудь прямо через ткань ночнушки. Стало влажно, кожа покрылась мурашками, пока Тсера плавилась, задыхалась. Скользящим движением он сдвинул поцелуй вбок, ко второй груди, оставил дразнящий укус, и Тсера вскрикнула, вцепившись дрожащими пальцами в смятые прямо над головой подушки. Она не поняла, действительно ли слышит собственный голос. Хриплый спросонья, шепчущий на одном выдохе: «еще». И он рассмеялся, щекоча дыханием. Свободной рукой потянулся к резинке коротких зеленых шорт и с хрустом разодрал ткань в нескольких местах, чтобы затем небрежно отбросить жалкие остатки пижамы в сторону. «Еще». Ее просьба обжигала, когда он опускался поцелуями ниже, выводя влажную дорожку языком к углублению пупка, прикусывая кожу на внутренних сторонах бедер. Податливая, такая послушная маленькая Тсера… Она снова сжала его волосы, абсолютно развратно направляя к призывно разведенным бедрам. И он почти заурчал от удовольствия, начиная ее ласкать. Запах, вкус, срывающиеся с губ глубокие гортанные стоны… Пришлось опустить ладонь на губы Копош, глуша их. Совершенно не нужно, чтобы кто-то из жителей услышал их развлечения, он не хотел уходить так скоро. Когда ее тело напряглось и девчонка громко вскрикнула, цепляясь зубами за кожу его ладони, он улыбнулся, позволяя себе опуститься на нее сверху и войти резким толчком. Следующий вскрик он глушил уже губами, не двигаясь, наслаждаясь ощущением целостности. Нетерпеливая Тсера начала двигаться сама. Приподнимаясь с возбуждающе-тихим поскуливанием, бессвязно бормоча просьбы, проклятия и угрозы в его улыбающиеся губы. |