Книга Крепкий орешек под нежной скорлупкой - 2, страница 40 – Мария Клепикова

Ветроградов решительно закинул подол вверх, оголяя меня. Я всё ещё не могла поверить в происходящее и с силой сжала ноги. Зато ему было на это плевать, и он всё сделал сам.

— Да расслабься ты!

Легко сказать… Я продолжала сжимать ноги, но то, что ему было нужно, уже было видно.

— Ого, — удивлённо произнёс Ветроградов. — Алёна, ну не дёргайся — я же просил.

Да что вы говорите? Просил он. Не знаю, что там ему видно, но не думаю, что самая приятная картина.

— «Она» у тебя такая большая, — Ветроградов зафиксировал одну руку между моими ногами, а другой стал примеряться.

— Ты что делаешь, сволочь? — не удержалась я. — Что ты там вымеряешь, извращенец?!

— Какой я извращенец, я покажу тебе несколько позже, — этот «паразит» позволил себе подмигнуть мне, — а пока — да, мне нужно знать точный размер. По-моему, у тебя около восьми сантиметров, — он вдруг отстранился и встал, коварно ухмыляясь. — Всё, можешь накрываться, стесняшка.

Я не заставила себя ждать, но подол, как назло, не взлетал на колени, и Ветроградов сам помог мне. В это время он уже начал разговор с Пелагеей Витальевной, усаживаясь в кресло и запрокидывая ногу поперёк другой.

О чём они говорили, я не вслушивалась: последние схватки забирали всё моё внимание. И я плакала. Нет, вовсе не от боли: мне действительно было очень стыдно и унизительно.

— Ты что? — Ветроградов отвлёкся от разговора и подошёл ко мне.

— У-у-уй-ди-и-и, — еле вытянула я, закрывая заплаканное лицо рукой. — Ты меня так достал, — слёзы не останавливались, а голос дрожал и не слушался, — я видеть тебя не хочу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Так сильно? — шутил он, а вот мне вовсе не весело было.

— Да-а! — я едва не переходила на визг и отмахивалась от него вхолостую. — М-м-м…

— Ишь, какая грозная. Прямо драться лезешь.

Мне было плевать на его иронию, но я действительно хотела его поколотить, и, кажется, моё желание исполнится.

— Ну, давай, побей меня, — муж поставил передо мной свою руку, и я как кошка на неё накинулась. Какое это счастье — бить Ветроградова! Жаль, только не во всю мощь. — Полегчало?

— Нет! — огрызнулась я и стукнула его ещё пару раз.

Было очевидно, что ему весело. Конечно, чего же не посмеяться? Думаю, ему мои «атаки» были как лёгкий ветерок, а вот у меня ладошка заболела от его мускулов. Камнем, что ли обтянуты?

— Кстати, хотел сказать: скоро Пелагея Витальевна приедет. Ну, если дороги будут нормальные.

А вот это хорошая новость!

— Ураган нас не сильно задел, — продолжал он, а я уже и позабыла про него. — Так, потрепал немного. В основном город пострадал: там деревья поваленные, машины под ними, летающие вывески и всё в подобном духе. У дорожников завтра, точнее сегодня будет много работы.

— Сколько времени? — устало спросила я. Видимо, «битьё» Ветроградова мне и правда помогло, и я немного успокоилась.

— За полночь уже.

— Чудно, — ответила я, с дрожью в голосе.

Время тянулось сегодня бесконечно долго, и вот на дворе уже ночь. Сколько мне ещё мучиться? Словно в ответ начались очередные схватки, только на этот раз они стали невыносимые: меня распирало всю.

— О-ой, мамочка!

— Что? Что? Говори! — Ветроградов немедленно взял меня за руку, а я с обезумевшими глазами как закричу.

— А-а-а! Ро-жа-а-ю!