Книга Попаданка. Замуж по принуждению, страница 104 – Юлий Люцифер

Тем, что я слышала через метку.

— Открой, младший брат, — сказал мужчина за дверью. — Нам давно пора поговорить о наследнике крови.

Они говорили так, будто меня уже можно делить между собой.

Как кровь.

Как право.

Как часть старого договора, который старше моего имени, моей воли и, кажется, даже здравого смысла в этом доме.

И именно это отрезвило лучше любого страха.

— Хватит, — сказала я резко.

Оба посмотрели на меня.

И Кайден, и его брат.

Слишком похожие и слишком разные.

Один — ледяной клинок, который держат в ножнах из воли.

Другой — огонь, который давно перестал притворяться человеком.

— Вы оба сейчас замолчите и начнете говорить так, будто я живая, а не строчка в договоре, — произнесла я. — Иначе я сама решу, кто из вас первым вылетит из этой комнаты.

Брат Кайдена тихо усмехнулся.

— А она мне нравится.

— Мне плевать, — отрезала я.

Кайден не обернулся, но я почувствовала, как под моей ладонью — я даже не заметила, когда вцепилась пальцами в ткань его рукава, — напряглись мышцы его плеча.

— Имя, — сказала я брату. — Раз уж вы пришли сюда не подраться. Хотя в это я уже почти не верю.

Он смотрел на меня пару секунд. Потом ответил:

— Эдриан Вальтер.

Я моргнула.

— Серьезно? Еще один Адриан? Ваш мир совсем без фантазии?

На этот раз Рейнар за моей спиной отчетливо кашлянул, будто прятал смешок.

Эдриан Вальтер чуть прищурился, а потом впервые усмехнулся по-настоящему.

— Нет, — сказал он. — Но чувство самосохранения у тебя и правда слабое.

— Я бы не сказала. Просто терпение на идиотов кончается быстрее страха.

— Она уйдет, — холодно сказал Кайден.

Эдриан перевел взгляд на брата.

— Нет. Уже нет. После книги, после голоса, после того как она услышала меня через метку — поздно прятать ее за спиной.

Я почувствовала, как слова попадают.

Потому что он был прав.

Проклятье, он был прав.

Слишком поздно делать вид, что я просто испуганная жена, которую можно отвести в безопасную комнату и не пустить в разговор взрослых мужчин о крови, проходах и наследниках.

Я уже внутри.

Слишком глубоко.

— Тогда говори здесь, — сказал Кайден.

— А ты уверен, что хочешь услышать это при ней?

— Говори.

Эдриан чуть склонил голову.

— Хорошо. Тогда быстро. Контур активировали раньше срока. Не корона. Не Ардены напрямую. Кто-то ниже, но с доступом к старым печатям. Они думали, что ты все еще играешь в верного хранителя и не видишь, куда ведет линия. Я узнал позже, чем должен был. И, когда попытался сломать связующий узел на границе, понял, что ключ уже в доме.

— Во мне, — сказала я.

Он посмотрел на меня.

— Да.

— А “наследник” зачем?

На этот раз он ответил не сразу.

Смотрел внимательно. Слишком внимательно.

Словно решал, сколько можно сказать именно мне.

Как же это уже надоело.

— Если снова начнете дозировать правду, я вас сама придушу, — сказала я.

— Верю, — отозвался он неожиданно спокойно. — Наследник нужен не как ребенок. Пока нет.

Я застыла.

Кайден тоже, кажется, едва заметно изменился.

— Что значит “пока”? — спросила я очень тихо.

Эдриан провел языком по внутренней стороне щеки, будто слова ему самому не нравились.

— Это термин старой схемы. “Наследником” называли не только будущего ребенка от нужной крови. Так называли того, кто первым принимает на себя полноту открытого контура. Иногда это был младенец. Иногда — уже рожденный носитель. Иногда — жена, если связь замыкалась на ней сильнее, чем ожидали.