Книга Хозяйка драконьей оранжереи, страница 25 – Ольга Ломтева

— Допустим, я знаю, что не обязываешь. И прислуга знает. Но за пределами особняка…

Хартинг фыркает. Он делает шаг в сторону, кладет ладонь на стол и нависает надо мной, вынуждая заглянуть в глаза.

— За пределами особняка тебя называют падшей.

Как грубо! Я поджимаю губы.

— И им абсолютно наплевать, что мы тут делаем или не делаем. У них в голове свои картинки, в которые они верят.

Повисает пауза. Долгая и тягучая. Я смотрю в его голубые глаза и пытаюсь придумать, что сказать дальше. Границы, Карен, помни о границах.

— Ладно, если и так, то… — я делаю глубокий вдох. — Меня беспокоит моя дальнейшая жизнь. Ложь вылезет наружу. Все узнают, что мы не истинные. Как я буду дальше жить? Я разведенка. И если поверить твоим словам обо мне уже думают, как о падшей. Что я буду делать? Сейчас мы притворяемся, и ты купишь мне приличный гардероб. Но как быть с моей репутацией после всего этого?

Хартинг отстраняется. Он медленно, как на прогулке, возвращается к своему месту и присаживается. Я терпеливо жду ответов, хоть мое сердце колотится как барабан.

— Помнится, мы с тобой обсуждали статус разведенной женщины, когда ты только ко мне обратилась. Верно?

— Да.

— И в чем проблема? У разведенной женщины мало прав и дурная репутация. Ты об этом знаешь.

— Но наша ложь про истинность сделать мою репутацию еще хуже.

Хартинг морщится.

— Ты хочешь, чтобы я женился на тебе?

Свадьба спасает любую репутацию, но есть одно маленькое «но».

— Ни за что! Не хватало мне еще одного брака по расчету, — говорю резче и громче, чем того хотелось.

Хартинг не меняется в лице. Кажется, наш разговор его совершенно не беспокоит.

— Тогда чего ты хочешь?

— План действий. Когда я шла на развод, я понимала, какой у меня статус. Но что со мной станет после обмана? — я выдерживаю небольшую паузу. — Ты мой адвокат. Ты знаешь последствия тех или иных событий. По идее. Я бы хотела знать, что меня ждет после того, как все узнают, что мы не истинные.

— Ничего особенного. Согласно кодексу драконьего сообщества, истинность может почувствовать только дракон. Значит вся ответственность за спектакль будет лежать на мне.

Я щурюсь. Похоже, на правду.

— И меня не заклеймят обманщицей?

— Тебе дать почитать кодекс?

— Да.

— Странно, что ты этого не знаешь. Тебя не учили элементарному законоведению? — хмурится он.

В моей голове всплывает слово «Невежа». Оно звучит противным назидательным голосом свекрови, которая полностью повесила на меня работу бухгалтера и секретаря. Ведение отчетов и амбарных книг заменило мне чтение.

— Нет, не учили, — я увожу взгляд в сторону.

Мачеха не нанимала мне учителей по предметам. В академии я проучилась все три месяца. Какой там кодекс?

В столовую входит Адель с подносом. Горничная расставляет еду на столе, изредка бросая на меня любопытные взгляды. Еще бы. Обед с прислугой, ужин с хозяином. Вряд ли у них бывали такие садовницы.

Молчание повисает тяжким грузом в воздухе. Мы все это чувствует, особенно Адель. Тяжело не ощутить, что ты зашла не вовремя.

— Адель, передай Доре благодарность за ужин. И особенно за мясо, — Хартинг старается разрядить обстановку.

— Милорд, но вы же еще не пробовали? — щебечет Адель.

— По аромату уже все понятно, — шутит Хартинг.

С ним трудно не согласится. Пахнет восхитительно. Мой желудок делает кульбит, а во рту текут слюнки. Только сейчас я понимаю насколько сильно голодна.