Книга Повелительница его сердца, страница 17 – Мэри Джо Патни

Они подошли к парадному крыльцу Скеллиг-хауса. Рамзи заметил, что с обеих сторон ступенек были установлены перила — вероятно, для того, чтобы лэрд мог подниматься и спускаться, опираясь на них. Рамзи был не слишком наблюдателен, когда впервые после долгого отсутствия переступил порог Скеллиг-хауса, но на этот раз, войдя в прихожую, сразу заметил висевшие справа на стене картины, на которые прежде не обратил внимания.

Заинтересовавшись, он подошел к стене и стал рассматривать акварельные работы. Это были довольно абстрактные пейзажи и натюрморты, выполненные в синих, коричневых и серых тонах, характерных для Торси. Неизвестный художник изобразил волны, накатывавшие на песчаный берег, закатное небо, окрасившее мокрый песок в красноватые тона. Рамзи заметил здесь акварели с завораживающими видами парусных судов в гавани Кланвика, а на одной из них увидел мать с ребенком, которые собирали ракушки. Эта акварель особенно его тронула. Фигурки были маленькими на фоне занимавшего почти весь лист морского пейзажа, но в том, как мать и дитя смотрели друг на друга, была несказанная нежность.

Акварели были вставлены в рамки из старого серебристого дерева и в большинстве своем изображали морских птиц, описывавших дугу в небе или низко паривших над морем. Прорисованы птицы были так искусно, что их виды определялись без труда.

— Прекрасные работы, — сказал Рамзи. — Хотел бы я, чтобы в Константинополе у меня была подобная коллекция: напоминала бы, откуда я родом.

— Спасибо.

— Так это твои акварели? — спросил он удивленно.

Сигни пожала плечами:

— Это всего лишь хобби, ничего особенного, но лэрду они нравятся. Акварели развешаны по всему Скеллиг-хаусу, потому что в моем домике не так много места. Если хочешь, я могу повесить парочку работ в твоей спальне.

— Конечно хочу! — сразу же согласился Рамзи. — Но это больше, чем простое хобби. Ты настоящий художник. А ты не думала о том, чтобы продавать свои работы?

— Кому это нужно? — усмехнулась Сигни. — Кто может заинтересоваться ими?

— Галереи в Лондоне. Я знаю одну такую — принадлежит моему другу Ричарду Максвеллу. Он отсюда, с островов. Мы с ним вместе ходили в школу. Ричард выставляет и продает интересные оригинальные произведения искусства и любит открывать новые имена. Думаю, ему понравились бы твои работы.

— Ты действительно так считаешь?

Она старалась говорить непринужденно, но в ее глазах Рамзи заметил огонек надежды художника, жаждущего, чтобы его творчество по достоинству оценили.

— Конечно, — глядя на Сигни сказал Рамзи.

Неожиданно он вдруг осознал, насколько ранима эта девушка. У Рамзи защемило сердце. Впервые после смерти Гизелы он испытал чувство, похожее на благоговение, к особе женского пола. Ему хотелось разгадать загадку Сигни, проникнуть в ее сердце и душу; хотелось, чтобы ее взгляд, устремленный на него, был исполнен симпатии и заботы, а не холодной сдержанности.

Рамзи глубоко, прерывисто вздохнул. Возможно, его дед был прав, и ему действительно следовало жениться на Сигни.

Поймав на себе внимательный взгляд Рамзи, Сигни отвела глаза в сторону. Казалось, он видел ее насквозь, как никто другой, и это нервировало девушку, но в то же время ей льстило, что такому искушенному джентльмену, искренне нравились ее работы.