Книга Повелительница его сердца, страница 1 – Мэри Джо Патни

Британское посольство, Константинополь

Письмо было измятым и грязным, что неудивительно, если учесть, как долго оно шло до адресата. Рамзи долго не хотел вскрывать печать, предполагая, что могло в нем содержаться, и не ошибся в своих догадках. Оно было кратким:

«Кай, перестань валять дурака и возвращайся домой. Твой дед при смерти, и, возможно, уже будет пить эль в Валгалле^[1] к тому времени, когда ты получишь это письмо.

Ты знаешь цену своей любви к дальним странствиям. Пришло время платить по счетам.

Сигни Матисон

Скеллиг-хаус, Торси, Шотландия».

Как он и предполагал, письмо было от Сигни. Только островитяне, которых он знал с детства, называли его Каем. Сигни была на островах помощницей деда Рамзи и к тому же школьной учительницей. Рамзи улыбнулся, вспомнив девчонку с костлявыми коленками и острым как нож язычком, которым она, пожалуй, была способна освежевать кита, если была не в духе. Сигни приходилась младшей сестрой Гизеле, первой и единственной любви Рамзи.

Улыбка сошла с его лица. Положив письмо на стол, он подошел к окну и устремил взор на купола и минареты Константинополя, которые возвышались за оградой, окружавшей территорию британского посольства. Рамзи провел здесь пять лет. Это была самая долгая остановка за годы его скитаний.

Официальная должность заместителя секретаря по специальным проектам предполагала довольно расплывчатые обязанности, за которыми Рамзи мог скрывать сомнительные виды деятельности. Он мог бы провести здесь всю жизнь, изучая историю Константинополя, но так и не прикоснуться к чудесам этого города и тайнам этой земли. Трудно было представить себе место более непохожее на далекие северные острова, где он родился, и Рамзи всегда знал, что рано или поздно уедет отсюда. Если бы Гизела не умерла внезапно от лихорадки, он всю жизнь прожил бы на Торси. Он в то время как раз заканчивал учебу в Эдинбургском университете. Боль от утраты была невыносимой, и он не смог вернуться на острова.

Его дед, этот коварный старый змей, знал, как тяжело воспримет внук весть о смерти любимой, и в письме сообщил, что разрешает ему отправиться в дальние странствия, пока сам он, шотландский лэрд, не умрет или не окажется на смертном одре. И вот тогда Рамзи предстояло вернуться домой и приступить к обязанностям лэрда Торси.

Рамзи ухватился за мысль о дальних странствиях, потому что не мог представить себе, как он вернется на Торси, где больше нет Гизелы. Кроме того, он давно мечтал объездить весь мир, чтобы увидеть древние памятники, и его мечты сбылись. Он странствовал двенадцать лет, наслаждаясь свободой, и частенько выходил сухим из воды в, казалось бы, безнадежных ситуациях. Ему не раз грозила смерть, но как-то удавалось избежать ее.

Он вспомнил, как, попав в Португалии в плен, сидел в подвале вместе с четырьмя другими товарищами по несчастью, пил отвратительный бренди и ждал казни, которая должна была состояться на рассвете. Тогда они впятером благополучно избежали смерти и договорились встретиться снова после войны, если выживут. Теперь, когда Наполеона сослали на суровый скалистый остров в южной Атлантике, где он мог командовать только морскими птицами, их встреча, возможно, действительно состоится. Только вот кто из тех, с кем сидел в подвале, остался в живых, Рамзи не знал. Все они привыкли рисковать жизнью и постоянно подвергали себя опасности.