Книга Английская жена, страница 81 – Эдриенн Чинн

Уже больше года прошло с того сентября, когда они виделись в последний раз в Коровьей башне на берегу реки. Томас подарил ей кольцо в стиле ар-деко. Где он его взял, на какие деньги купил – невозможно представить. Тогда она решила, что сохранит в тайне их помолвку, пока он не вернется. Да и как рассказать отцу-католику, что она согласилась стать женой протестанта из другой страны, что уедет с ним за тысячи миль? Как рассказать бывшему жениху, который всегда рядом, точно верный печальный пес, что отдала свое сердце другому? Нужно вести себя как обычно. Делать вид, что все по-прежнему и ничего не случилось.

Одного Элли не учла. Того, что Дотти будет рыться в ее вещах и отыщет кольцо. И не только его. Заберет телеграмму, которую отправил ей Томас. Что на нее нашло? Зачем она так поступила?

Элли вынула иголку из рукава и катушку белых ниток из кармана фартука. Вдела длинную нитку в иглу, взяла попкорн из миски, стоявшей на журнальном столике, и начала нанизывать его, точно бусы. Дотти держит свое слово и не говорит о помолвке папочке. Элли, в свою очередь, молчит о ее воровстве. Непростое перемирие.

Она закрыла глаза и попыталась мысленно нарисовать лицо Томаса, но оно расплылось и исчезло, будто на листок с наброском разлили воду.

Больше ничего не остается – только идти вперед. Просыпаться по утрам, приводить себя в порядок, надевать форму, ехать в пожарную часть на велосипеде, который папочка подарил ей на день рождения. В пожарной части печатать и подшивать документы, готовить сэндвичи и чай, развозить их пожарным на штабной машине, потом снова садиться на велосипед и мчать домой, там готовить ужин и ложиться спать. И так каждый день. Каждый день. Одно и то же. Но так ли это плохо? Многие потеряли все. А у нее есть воспоминания о Томасе, и они держали ее, точно спасательный круг в открытом море.

По ночам она обнимала подушку, представляя, будто это Томас, – утыкалась в нее лицом, вспоминая, как прижималась к его шерстяному мундиру, пахнувшему мускусом и мылом, и закрывала глаза. Главное, чтобы ты был в безопасности, мой дорогой. Главное, возвращайся. Возвращайся ко мне.

Входная дверь распахнулась, и в гостиную прогарцевала, точно жеребенок, Дотти. Элли взглянула на нее снизу вверх. Когда она успела так вытянуться? Ей уже четырнадцать. Как быстро!

— Элли! Джордж выбрал для нас самую большую елку в Бондсе. Их привезли туда из Шотландии.

— То есть он помог тебе выбрать?

— Мы случайно встретились с ним на елочном базаре, – лукаво улыбнулась Дотти, разматывая шарф. – Мне показалось, он выбирал для тебя подарок, потому что, как только увидел нас с папочкой, быстро его спрятал.

Генри Берджесс, топоча, заволок в дом огромную ель.

— Держи ее, Джордж, – крикнул он через плечо и вошел в гостиную. – Только поосторожнее там с телефоном.

Джордж, пытаясь усмирить колючие ветви, шаркал следом за ним.

— Отойди, котенок, – проговорил отец Дотти, – лучше найди старое одеяло и брось на пол, чтобы елочка лежала на нем, пока мы ее не поставим.

Элли вскочила и быстро отодвинула отцовское кресло в сторону.

— Боже мой, папочка, придется подрезать ствол, чтобы она поместилась тут.

— Дотти упросила Джорджа выбрать самую большую, – проговорил Генри и закашлялся в носовой платок. – Ты же знаешь, стоит ей пошевелить мизинчиком, и он кидается исполнять любое ее желание.