Книга Идеальная жена, страница 40 – Линси Сэндс

Он взглянул на отца, но тот отвернулся к женщинам, которые стояли возле лестницы. У матери был озабоченный вид, зато тёща казалась откровенно озадаченной. Но прежде, чем Паэн сумел решить этот ребус, Авелин снова перетянула его внимание на себя:

— Может быть, вы научите меня ездить верхом?

Паэн отметил, как при этой просьбе лицо леди Стротон прояснилось, но у него не было времени обдумывать эту новую загадку, потому что его мать внезапно ринулась вперёд с сияющей улыбкой на лице.

— Отлично! Какая удачная мысль! Ты поедешь с Паэном, и он покажет тебе, как ездить верхом. Думаю, на это уйдёт не больше пары дней. Ручаюсь – к тому времени, как мы приедем в Джервилль, ты будешь искусной наездницей! Чудесно!

Паэн поёрзал в седле. У него было такое чувство, будто он что-то упускает. Казалось, все окружающие просто расплываются от счастья, но он подозревал, что за этим что-то кроется. Но что? Он было задумался, но тут его жена схватила брата за руку и потащила вперёд.

— Пожалуйста, Варин, помоги мне забраться в седло!

— Я и сам могу… – Паэн осёкся. Было слишком поздно возражать – Варин уже усадил сестру в седло впереди него.

Она оглянулась через плечо и одарила Паэна такой сладкой улыбкой, что он сразу же насторожился. Стряхнув с себя неприятные подозрения, он проворчал что-то насчёт жён и женщин вообще, затем попытался взять поводья, но она проворно ухватила их первая и невинным голосом спросила:

— Разве не я должна держать поводья, коль скоро вы будете обучать меня верховой езде?

Паэн поколебался, не решаясь отдать своего коня в другие руки, но затем откинулся в седле и вздохнул.

— Что ж, хорошо.

Она одарила его сияющей улыбкой, но ему от этого легче не стало. С некоторой неохотой обняв стан своей жены, Паэн почувствовал, как она прильнула к нему. Похоже, путь в Джервилль получится исключительно долгим.

Авелин была ужасно довольна собой. Наконец-то ей удалось совершить поступок, достойный хорошей жены. Пусть она испортила свадебную церемонию, праздничный пир и брачную ночь, зато сейчас поступила правильно. Она перехитрила мужа и уберегла его от лишних мучений.

Авелин вдруг поморщилась. Боже, она гордится тем, что провела мужа, что солгала ему, заставив думать, что не умеет ездить верхом. Изобрела предлог, чтобы ехать с ним в одном седле и самой держать поводья. Воистину сегодня печальный день, решила она и тяжело вздохнула, а потом поглядела на мать, которая положила руку ей на колено и легонько сжала сквозь ткань платья.

— Ты отлично справишься, дочка, – уверенным тоном произнесла она, будто угадав мысли дочери. – Мать стиснула её колено. – Мы тебя любим и скоро приедем в гости.

Авелин почувствовала, что по лицу текут слёзы, и моргнула, пытаясь их остановить, но они не унимались. Она покидает Стротон, единственный дом, который она знала. Уезжает в неведомое будущее с человеком, с которым едва знакома. Как нелегко было предпринять этот шаг, страшный и болезненный.

— Мама, я тебя люблю, – прошептала она.

К её облегчению, Паэн пробормотал нечто вроде прощания и, вонзив шпоры в бока лошади, двинулся в путь. Смахнув слёзы с глаз, Авелин крепче схватила поводья и направила коня к выезду со двора замка Стротон.

Она лишь отчасти покривила душой, убеждая Паэна посадить жену с собою в седло. Авелин солгала лишь в том, будто не умеет ездить верхом – она сиживала на коне с раннего детства и весьма преуспела в верховой езде. Однако ей действительно ни разу не приходилось совершать длительных поездок. У неё никогда не возникало нужды покидать Стротон. Авелин предполагала, что они проскачут с часок, сделают остановку, чтобы отдохнуть и перекусить, потом проскачут ещё немного, в полдень остановятся на обед и снова отдохнут, затем опять тронутся в путь. Но она ошибалась. Обедали в седле – фруктами, хлебом и сыром, которые Паэн попросил ее вынуть из притороченной к седлу сумки. То есть обедала она. С перевязанными руками Паэн есть не мог. Он сделал попытку, ухватив кусок сыру одной перебинтованной клешнёй, но успел откусить лишь раз или два прежде, чем сыр, кувыркаясь, полетел на землю. Авелин вызвалась его покормить, но Паэн покачал головой и рявкнул, что не голоден.