Книга Скелет в часах, страница 111 – Джон Диксон Карр

— Дженни, – сказал Мартин, – подожди минуту. Не вешай трубку, просто подожди. Зачинщик всего этого здесь. Я… – Дрожащей рукой Мартин положил трубку рядом с телефоном. Он не знал, смеяться или возмущаться, в его душе назревал конфликт, который грозил разорвать его на части. Бабушка Брейл вернется домой только днем. И Мартину очень хотелось увидеть ее реакцию, когда она наконец приедет. С другой стороны, его не покидало ощущение, что проделки Г. М. все время разлучают их с Дженни, а он был полон решимости сегодня увезти ее.

Мартин, раздираемый злостью и смехом, вдруг осознал, что из гостиной доносится голос этого заслуженного мужа, который обращался к своим слушателям со всей серьезностью истинного оратора:

— Прежде всего, не забывайте о такой особенности Курциуса Мерривейла, как его дворянская честь. Представьте себе Карла Первого, сидящего в великолепном банкетном зале, созданном по проекту Иниго Джонса. Вокруг короля, как на портрете, расположилась вся его семья. И вот Карл Первый говорит, хотя за точность слов я, конечно, не могу поручиться: «Сэр Курциус, не соблаговолите ли немного развлечь нас?» И Курциус Мерривейл встает, качнув пером шляпы, и начинает декламировать: «В Белэр жила дева одна. / И вот однажды она…»

— Г. М.! – закричал во всю глотку Мартин.

Крик был таким громким, что даже Г. М. сразу же замолчал. А Мартин, который так и не смог разрешить мучившие его противоречия, лишь мысленно выругался.

— Это вы поставили тот чертов аттракцион «Поезд-призрак» под окнами спальни леди Брейл? – Вопрос прозвучал интригующе и привлек всеобщее внимание.

После короткой паузы до Мартина донесся шорох.

Рики Флит в белых фланелевых брюках и белой же рубашке, со слезами умиления на глазах, вызванными не иначе как долгим повествованием Г. М., неспешно зашагал по паркету. За ним последовала тетя Цецилия, которую на этот раз романтические анекдоты Г. М., похоже, не на шутку рассердили. Последним с горделивым видом из гостиной вышел сам Г. М.

— Разве не вы предложили разместить самую большую странствующую ярмарку в Англии на подъездной аллее поместья Брейл? – спросил Мартин.

— Послушайте… – начал предполагаемый зачинщик.

— А что там насчет поезда, который будет ездить под бабушкиной спальней? – заинтересовался Рики.

В этот момент в прихожую, освещенную солнечными лучами, которые проникали через открытую дверь террасы, вошли Рут Каллис со Стэннардом, а за ними – старший инспектор Мастерс. Мартин стал всем объяснять случившееся, с трудом сдерживаясь, чтобы не начать хихикать и клацать зубами, как скелет.

— Дженни! – Он снова взял трубку.

— Да, дорогой?

— Как долго продолжается вся эта неразбериха? Почему ты не позвонила раньше?

— Я сама обнаружила это минут двадцать назад, – сказала Дженни. – Когда вечером я уходила из поместья Флитов, Г. М. дал мне снотворное. Он одолжил его у доктора Лорье и взял с меня слово, что я приму таблетки, как только вернусь домой. И я так за тебя переживала…

Мартин немного отодвинул от уха трубку, чтобы все собравшиеся могли услышать тихий нежный голос Дженни.

— Значит, Г. М. дал тебе снотворное, поэтому ты ничего не знала? Да, я помню, он говорил об этом.

Сэр Генри Мерривейл сложил руки на груди и замер, как статуя в парке. Судя по его виду, он был абсолютно уверен в собственной правоте.