Книга Мои две половинки 2, страница 55 – Анна Есина

— О-о-о, ну я же просил не слюнявить диван, — с приторной бодростью провозгласил Рома и промчался мимо гостиной, нагруженный пакетами по самую маковку. — Топайте за стол. Добрый дядя Рома подумал о ваших брюхах... слово-то какое тупое, брюхо, как его склонять правильно?

Илья снял меня с плеча и силком протащил на кухню.

Аппетита не было. Так что я просто уселась на своё место рядом с дверью, пристроила пятки на стул и наблюдала за суетой Ромки. Он выложил несколько контейнеров с салатами, передо мной поставил бумажную коробку с яичной лапшой, лососем и овощами, к Илюхе пододвинул ванночку с жареными креветками в панировке, а для себя оставил упакованный в вакуумную плёнку стейк из мраморной говядины, приготовленный в технике су-вид.

Мужчины спокойно разговаривали. Илья ворчал по поводу ночных явок, клял нарядчика последними словами, потом переключился на всю систему железнодорожного транспорта в целом и завёлся по новой. Показушно и ненатурально. А сам то и дело поглядывал на меня и отворачивался, если осмеливалась смотреть в ответ.

Рома комментировал едва ли не каждую реплику брата. Тут хохма, там юморина — натянуто, безвкусно и очень неправдоподобно.

Они хотели обсудить что-то, однако боялись сделать это при мне. Или опасались нового водопада страданий?

В любом случае плакать я зареклась. Итак изнахратила нам с Ильёй всю психику, проведя день во всхлипываниях и переживаниях.

Не знаю, с чем сравнить наши сегодняшние посиделки. Выступление бездарного клоуна, в середине которого на цирковую арену выкатили гроб с настоящим покойником? Или классическая оперетта, разбавленная появлением Эминема в костюме Снуп Дога? Сплошной гротеск в общем.

В начале первого ночи мы все вышли в прихожую. Я прислонилась спиной к зеркальной стене шкафа и наблюдала за сборами Ильи. Забрызгал страшнючие кроссовки, выданные РЖД, дезодорантом, проверил, все ли карманы застёгнуты на рюкзаке, натянул серую хлопковую куртку на молнии поверх такого же комбинезона.

Рома первым подал ему руку. Они схлестнулись ладонями, обнялись, обменялись шлепками по спинам.

— Давай, бро, с радаров не пропадай.

— Если только на месяцок, — Илья лукаво улыбнулся. — Ты ж меня знаешь, блэк джек, шлюхи, все дела. Давненько хотел оторваться. А теперь повод появился.

— Порох до мальчишника придержи.

— Ты за мои пороховницы не бзди, всё пучком.

— От бздуна слышу. Сваливай уже с жилплощади, — Рома презрительно фыркнул, посмотрел на меня виновато и ушёл в спальню.

Илья медленно повернулся ко мне. А я... Ну да, снова реву и готова напроситься к нему в рюкзак или на ручки.

— Тигра, тигра, — покачал головой, обнял за талию и приподнял над полом. — Такая весёлая девочка и столько плачет. Ты это брось, слышишь? Мы два с лишним года отжигали не для того, чтобы запомнились только боль и слёзы. Тебе было хорошо со мной?

— Ещё как, — всхлипнула и хотела спрятаться, уткнувшись лицом в шею, но не смогла заставить себя потерять его лицо из виду.

— И мне с тобой. Ты потрясная. Дикая и нежная одновременно. Помнишь, о чём договорились?

Я кивнула, не соображая, о чём говорит.

— Ты будешь счастлива ради меня. Чтобы я смотрел на вас со стороны и радовался. Поняла?

— Илюш...

— Всё, Сонь! Мне пора. Позвоню как-нибудь на недельке, если обещаешь, что слёз больше не будет. Не будет?