Книга По щелчку, страница 199 – Лана Ива

— Понимаю, и мне жаль, – вздохнул он. – Я всё ещё люблю тебя, Ханна. И я не хочу, чтобы ты смотрела на меня со страхом и ненавистью. Я сам виноват во всём, что сделал и должен… провести работу над ошибками. Я не пытался купить тебя этой суммой, просто хотел подарить тебе возможность начать новую жизнь. Где ты захочешь. Со мной или… без. Пожалуйста, оставь эти деньги. Мне так будет спокойнее за тебя.

Я не знала, что ответить. Этот Тео был не тем, кого я любила, и в то же время именно им. И от этого было больнее всего.

Слёзы жгли глаза, и я поняла, что нужно заканчивать разговор. Слушать его мягкий голос и понимать, что он далеко, что я не увижу его, даже если захочу – было как ножом по сердцу.

— Запишись на терапию, Тео, может, тебе это поможет. Буду ждать звонка от Фрэнка. Пока.

Я сбросила звонок, не дождавшись ответа, и заплакала. От ярости, от боли – от всего вместе.

А ещё потому, что то, что мы теперь на разных концах света, казалось неправильным. Как будто нарушился какой-то невидимый порядок вещей. Как будто мир слегка перекосило.

Я стояла на тротуаре, стискивая в кулаке телефон, будто он был моим якорем, и чувствовала, как внутри болезненно пульсирует мысль: Маршалл должен быть здесь. Мы должны быть вместе.

Мне не нужны его грёбаные миллионы. Мне нужен он сам.

Твою мать, а ещё мне тоже не помешает хорошая терапия, чтобы окончательно не свихнуться.

Следующим утром я сидела в кабинете своего лечащего врача. Боль в животе не отпускала, тошнота не проходила, я чувствовала себя, как выжатая тряпка.

Доктор Джон Эдвардс, невысокий мужчина лет сорока с сединой на висках и глазами цвета карамели, встретил меня с привычным спокойствием и доброй улыбкой.

Выслушав все мои жалобы, он вдруг спросил:

— Когда у вас были месячные?

— Ээ…

И я зависла, хаотично вспоминая дни своей менструации. Через несколько секунд в голове осталось одно-единственное слово: задержка. Месячные должны были начаться ещё на прошлой неделе, в понедельник. Но уже среда, прошло девять дней – и ничего.

— Их ещё не было, – наконец ответила я. – У меня задержка девять дней. Этот месяц был… не из лёгких. Видимо, цикл сбился.

— Как вы предохраняетесь? Всё ещё принимаете таблетки?

— Да, то есть… – Я запнулась, а следом мои глаза расширились от испуга. – На самом деле я не принимала противозачаточные с начала ноября.

В голове словно прозвучал выстрел. Я вспомнила, что, замотавшись с подарком для Тео, пропустила приём таблетки 1 ноября, не посчитав это критичным, ведь хоть с таблеткой, хоть без неё я всё равно оставалась бесплодной. А потом… потом я перестала их пить вообще, потому что Тео… бросил меня.

Когда мистер Эдвардс протянул мне тест на беременность, я сглотнула.

— Зачем? Вы ведь знаете, что я не могу забеременеть.

Но доктор только мягко улыбнулся.

— Давайте всё же не будем исключать этот вариант, пока не удостоверимся.

Он оставил меня наедине с тестом и с тишиной – настолько звенящей, что уши заложило.

Я смотрела на пластиковую полоску, как на пистолет, направленный мне в лоб. Руки дрожали, всё тело резко ослабло. Организм будто застыл в режиме ожидания.

Наконец я сделала это. И не смогла взглянуть на результат. Просто положила тест на раковину, закрыла глаза и сидела так, пока в кабинет не вернулся врач.