Книга Золотые рельсы, страница 53 – Эрин Боумен

— Он не убил никого, кроме тех, кто этого заслуживал, — раздается голос с крыльца. — Опусти этот чертов пистолет. У меня была тяжелая ночка и нет времени избавляться от еще одного трупа.

Я опускаю оружие, и мимо Малыша Роуза протискивается женщина с лампой и ружьем в руках.

Это она — та самая Томпсон.

Она лет на двенадцать старше меня. Я видела ее девчонкой, и с той поры она совсем не изменилась, что кажется мне очень странным. У нее суровое неулыбчивое лицо, темные волосы заколоты на затылке. На щеке — свежая рана, и еще старый темно-розовый шрам выделяется на золотистой коже. Однажды я слышала, как мама сказала, что беременные женщины словно светятся изнутри и излучают тепло, но эта Томпсон совсем другая. Жесткий взгляд, гордо поднятый подбородок. Она производит впечатление человека, с которым опасно шутить. Холодное выражение лица, уверенная осанка. Наверно, единственное, что в ней есть мягкого — это очертания ее округлого живота.

Я смотрю на пистолет в своей руке. Если она говорит правду, это оружие принадлежит не ей, а человеку, «который этого заслуживал». Человеку, которого, очевидно, застрелил Малыш Роуза.

— Мне нужно собираться, — говорит женщина, поворачиваясь ко мне спиной.

— Собираться? Стойте, нам надо поговорить. Мне нужен стрелок, которого вы наняли, чтобы отомстить за смерть отца.

Женщина замирает, руки ее лежат на столе. На короткое мгновение в доме становится неестественно тихо. Потом она выпрямляется и идет в спальню с таким видом, что я понимаю: эту паузу вызвал толчок ребенка в животе или острый приступ боли. Она что-то делает в другой комнате, и оттуда раздается шум, но возвращается не с листком бумаги, на котором написано имя, не с рисунком или адресом.

В руках у нее колыбель без ножек, в которой сложены разнообразные предметы: металлический судок, узел одежды, торчащие рукоятки пары одинаковых пистолетов. Она достает с полки одну-единственную книгу и кидает туда же, следом отправляется фото в рамке.

— Кому вы заплатили тогда? — вновь спрашиваю я.

— Тут я ничем тебе не помогу, — просто говорит она.

— Но от этого зависит моя жизнь.

— Тогда иди ищи того, кто сумеет тебе помочь.

Не так я представляла нашу беседу. Не для того я сбежала из дома дяди Джеральда и проехала в ночи эти пять миль. Это было нелегко. Я так волновалась, что в кромешной тьме лошадь может оступиться! А когда навстречу со склона появился всадник, мчащийся в сторону Прескотта, словно гонимый жаждой мести, я решила, что дядя уже выслал за мной людей. Я спряталась за придорожным кустом, который скрыл меня, но отнюдь не украденную лошадь. Но у всадника, видимо, была другая цель, он стремился в город.

— Но вы же были на моем месте. Знаете, каково это, когда некому помочь.

— Я всегда надеялась только на себя, и тебе советую делать то же самое.

От неожиданности я теряю дар речи. Я и представить себе не могла, что моя поездка сюда окажется бесполезной и я не узнаю имени наемного убийцы. Я думала, что она сразу назовет мне его и позволит остаться на ночь. Что же мне теперь делать?

— Вот он неплохо стреляет, — продолжает она, кивая в сторону Малыша. — Может, он согласится помочь.

— Он? — усмехаюсь я. — Это же Малыш Роуза. Надеюсь, вы это знаете? — Она кивает, словно я представила ее местному священнику. — Малыш Роуза, — снова говорю я. — Риз Мерфи, убийца и вор из банды «Всадники розы». За его голову назначено пятьсот долларов. Он ограбил поезд, где я ехала три дня назад, а сегодня утром меня, связанную, привез в дилижансе.