Книга Теперь ты моя, страница 39 – Морган Бриджес

Я начинаю ерзать под его пристальным взором, мысленно упрекая себя в том, что поддаюсь на его провокации.

— Ты пялишься.

— Я знаю.

Я резко вскидываю голову. Бросаю на него удивленный взгляд и вижу такое мягкое выражение лица, какое редко бывает у Хейдена. Оно почти благоговейное, он смотрит так, будто перед ним самое захватывающее зрелище в его жизни. От мощной энергии, исходящей от него, меня охватывает трепет. И я тут же подавляю его.

— Ты такая красивая, Калиста.

Я снова опускаю голову, не обращая внимания на смущение, и принимаюсь жевать, смакуя насыщенный вкус.

— Мы можем взять твою домработницу в то гребаное место, куда ты отвезешь меня?

Хейден покашливает, чтобы скрыть смешок.

— Не выражайтесь, миссис Беннетт. И нет, мы не возьмем Сесиль с нами.

— Ну я хотя бы попыталась.

— Ты же понимаешь, что я не хочу отказывать тебе ни в чем, да?

Я пожимаю плечами.

— И знаешь, что я пойду на все ради твоей безопасности, да?

— Да, именно это меня и волнует, – киваю я. – У тебя нет понятия о здоровых границах.

Он наклоняет голову.

— Ты хочешь сказать, что в любви есть границы?

— Ты хочешь сказать, что любишь меня?

— Мне кажется, это неизбежно.

У меня учащается пульс, но я закатываю глаза, чтобы он не догадался.

— Какой ты романтичный.

— Ты любишь меня, Калиста?

Я не дышу, пока легкие не молят меня о глотке кислорода. В эти секунды Хейден смотрит на меня жадными глазами, как будто он изголодался по моей нежности.

— Прямо сейчас ты мне даже не нравишься. Сталкер, похититель, диктатор… Мне продолжать список?

— Это все нюансы, – он отмахивается. – Отвечай на вопрос.

— Какая тебе разница?

— Большая, потому что я никогда не встречал никого, похожего на тебя, – он подается вперед, не сводя с меня глаз. – Калиста, ты бросаешь мне вызов, интригуешь меня, но, кроме того, ты единственный человек, который заставляет меня усомниться во всем, что я когда-либо знал.

— И ты считаешь, что это и есть любовь?

Он откидывается на спинку стула с задумчивым выражением лица.

— Я считаю, что это глубокое чувство. Ты незаменима. Я был бы идиотом, если бы решил, что нечто подобное у меня может быть с другими женщинами, ведь я никогда не хотел от них ничего, кроме быстрого перепихона. Пока не появилась ты.

Я кусаю нижнюю губу, чувствуя, как крошечный кусочек надежды начинает теплиться во мне.

— Ты невыносим, ты знаешь об этом?

Он грустно улыбается, и у меня сжимается сердце.

— Мне говорили это пару раз в жизни.

— Кто?

— Мать.

В этом простом ответе столько глубины и тяжести, что я не могу пропустить его мимо ушей. Он напоминает мне о том, что под непроницаемой оболочкой этого мужчины скрывается человек со своей историей, болью и сложностями.

— Прости, что подняла эту тему, – тихо говорю я.

— Ничего. Хоть я и думаю о ней постоянно, я никогда до этого момента не говорил про нее.

— А теперь почему говоришь?

— Потому что ты спрашиваешь.

— Не пытайся задобрить меня, – говорю я. – Хоть раз в жизни скажи мне правду.

Все веселье сползает с его лица.

— Ты первый человек, с которым мне захотелось поделиться этим.

— О…

Хейден не дожидается, пока я соберусь с мыслями и смогу выдавить из себя что-нибудь связное. Он встает и протягивает мне руку.

— Пойдем, время идти в кровать.

— А если я не устала?