Книга Записки следователя Ротыгина, страница 32 – Григорий Жадько

— Сам увидишь. Заказухой пахнет.

Родин хотел быстро проглядеть, но пришлось вникнуть в текст. Обширная статья в Молодости Сибири в неприглядных красках описывала весь жизненный путь Льва Абрамовича. Венцом статьи было уголовное дело в отношении родственников начальника отдела кадров. … и ставилось много вопросов без ответов и звучали прозрачные намеки, что нет дыма без огня, и фигурировала и его фамилия.

— Оперативно, – промолвил Родин, встречаясь глазами с Самойленко.

— Знаешь кто?

— Догадываюсь.

— Серьезно взялись.

— Как бы и тебе рикошетом не досталось.

— Ну, Миша, в нашем деле… сам понимаешь…

— Смотри, смотри «Паны дерутся, у хлопцев чубы трещат!»

— Ладно! Не капай. Поехали лучше перекусим.

— Да пожалуйста. С местной знаменитостью, за честь будет отобедать.

Во второй половине дня Родин созвонился с Кидановым. После совещания часам к шестнадцати он обещал принять его.

Выглядел он очень уставший. Глаза красные воспаленные как от недосыпа.

— Здравствуйте Семен Петрович!

— Проходите, присаживайтесь, – добродушно пригласил его Киданов указывая на стул рукой.

— Что-то неважно выглядите, – поинтересовался Олег.

— Заметно? – ухмыльнулся прокурор и повертел головой, как будто его резал воротник рубахи.

— Есть такое дело.

— Ваш Боговский оказался еще той птицей, всех и вся на меня ополчил, – со вздохом выдохнул прокурор.

— Какой он мой. – отвел глаза в сторону Родин, – Скажите тоже! … Вижу, и вы не сидите просто так. Читал сегодня «Молодость Сибири».

— Это наверно за вчерашний день. Сегодня вышла статья в местном приложении к Аргументам и фактам, в рубрике «Ситуация. Криминал».

— Не видел еще.

— Думаю, вам будет интересно ознакомиться, что бы держать руку на пульсе, – сказал менторским тоном и с легкой гордостью, Киданов, – А вечером, смотрите мое интервью по телевидению. Корреспонденты, операторы приезжали, замучили вопросами. Вот уж любители жареного!

— Сильно!

— Выполняю обещание, беру удар на себя.

— С вашими возможностями, конечно, сам Бог велел.

— А у вас какие новости?

Родин рассказал. Не утаил и обстоятельства «вынужденного признания» дяди Вани.

— Да… да… да… да… да …они всегда находят Ивановых, – задумчиво произнес Киданов, – и пытаются выйти сухими из воды. Иван всегда дурак по определению! Мало того, что денег поимели, и в тюрьму засунут,… семейка! – он нервно ребром ладони ударил по столу, – Два братца и племянничек! Ну ничего… ничего…

— Семен Петрович! Только все что я вам сегодня сказал, особенно относительно свидетеля, должно пока оставаться в тайне, -предупредил с нотками беспокойства Родин.

— Ну, разумеется. А что вы думаете, что физическое устранение не исключено?!!! По-моему вы преувеличиваете! – усомнился Киданов.

— Береженого, бог бережет, – тихо промолвил Олег.

— Ладно! Все у вас?

— Да.

— Тогда счастливо. Извините, видели в приемной сколько посетителей?

Вечером Олег не задерживался на работе. Поторопился домой, хотелось глянуть на интервью прокурора. Его крутили сразу по нескольким каналам: РБК-ТВ, Регион-ТВ и «49 каналу». Семен Петрович рассказывал о том, что делается в целом по области в сфере улучшения законности и соблюдения прав граждан и почти половина времени было уделено освещению событий с «оружейным делом». Хотя сам Лев Абрамович напрямую не обвинялся в совершении преступных деяний, по всему выходило, что именно он, а никто другой ответственен, за то что случилось в стенах вверенного ему учреждения и любому, даже несведущему зрителю, было понятно, что брат и племянник не могли действовать там автономно. Имя следователя, кто вел это дело, не упоминалось.