Книга Падает снег, страница 36 – Марьяна Куприянова

It was a teenage wedding, and the old folks wished them well

You could see that Pierre did truly love the madamoiselle

Спустя несколько секунд, коротко переглянувшись, мы с Андреевым плясали так же безбашенно, позабыв, кто мы и где мы, и полностью вкладывая себя в каждое движение, как и герои фильма. Я ощущала себя не менее чем Умой Турман, а он, несомненно, стал моим Траволтой. Двигался Максим поистине неплохо, умело используя каждую мышцу природой данного тела.

They furnished off an apartment with a two room Roebuck sale

The coolerator was crammed with TV dinners and ginger ale,

But when Pierre found work, the little money comin' worked out well

"C'est la vie", say the old folks, it goes to show you never can tell

Едва мелодия кончилась, иссяк и наш запал, и мы с Андреевым, не сговариваясь, повалились на ковер в бежевый и алый узор: голова к голове, глаза смотрят в потолок, грудь широко вздымается, по лицу течет соленый пот, дыхание бурное.

— Вот ты какой… – выдохнула я, совершенно ошеломленная не столько его умелым и развязным танцем, сколько вообще способностью к подобному спонтанному поступку.

— Приятно встретить истинного ценителя нестареющего кинематографа.

— Кино кином, но танец… не думала, что ты на такое способен.

— Отчего бы и нет, если это с тобой?..

Польщенная доверием, я промолчала, давя улыбку.

— А знаешь, меня тоже кое-что беспокоит, – неожиданно признался Максим, восстановив ритм дыхания.

— Что, Мак? – Не глядя на него и не поворачивая головы, послушно спросила я.

— Меня волнует, привлекаю ли я тебя как мужчина.

Я чуть не засмеялась.

— Я имею в виду… – поспешил уточнить Максим, но я перебила его, прекрасно зная наперед все, что он собирается сказать.

— Да понимаю я, что ты имеешь в виду, Мак.

— Вот как?

— В себе ты вряд ли сомневаешься. Тебе интересно, привлекаешь ли меня конкретно ты, а не твой мужской статус в общем.

— Да… Да. Я так подозреваю, что ты давно ни с кем не имела связи, а теперь можешь использовать для этого любого, кто тебе хоть сколько-нибудь понравится. Извини, но иначе я не могу объяснить себе твое почти звериное стремление к близости, которое ты стараешься погасить чтением…

Я закрыла лицо руками. Как стыдно, господи. Как стыдно. Сквозь землю бы провалиться… Он как всегда все понял и успел сделать выводы.

— Я тебя обидел?

— Нет, – через время ответила я срывающимся голосом. – На правду не обижаются. Но кое в чем ты все-таки неправ.

— Значит, было, – кивнул Максим.

— Не так уж и давно. Но до того, как ты пригласил меня на свидание, разумеется.

— Тогда, получается…

— Делай вывод.

— Тебя привлекаю именно я, а не любой мало-мальски симпатичный мужчина, способный оказать тебе посильную помощь.

— Настало время кое-что тебе рассказать… – решилась я. – Это развеет все твои сомнения. Ты, понимаешь ли, нравился мне давно. Еще с того дня, как на втором курсе провел у нас первую пару.

— Неужели?!

— Ужели.

— Я настолько хороший актер, что кто-то может влюбиться в то, что я изображаю.

— Удивительно? Но это, опять же, не совсем так. Разумеется, не при первом взгляде на тебя, а где-то спустя неделю, я поняла, что ты – сундук с двойным дном. Я всегда знала, что ты что-то скрываешь. Я всегда подозревала, что в тебе есть и еще что-то, кроме доброжелательности и юмора. Тайное и странное.