Книга Тьма по соседству, страница 325 – Марьяна Куприянова

— Это как?

— Это… когда много людей придумали объект и запомнили, как он выглядит, какой он на ощупь, на вкус или запах. Договорились, что это такое, запомнили и передали в генетической памяти. Как все срабатывает, ты не увидишь. Только последствие.

— Ничего не понимаю, – призналась она. – Но ты забавно объясняешь. Выходит, камни существуют как линии в раскраске, и когда я вижу их, я закрашиваю их, и они обретают все известные мне свойства. И с другими людьми так же. Вещи находятся на своих местах, как архивы, которые мы каждый раз заново распаковываем?

— Вам необязательно распаковывать их каждый раз заново. Один раз распаковав, вы уже будете видеть их именно в таком состоянии все последующие разы. Потому что запомните их такими, и в вашем коллективном сознании появится новая ячейка. Потому что камни – именно такие, какими вы увидели/придумали их в первый раз. За всю жизнь человека свойства камня не изменятся. Понимаешь? Важно то, что человек запоминает, впервые познавая мир. Красный – это красный. Даже если он был красным в самый первый раз, а во все остальные миллионы раз там вообще не было цвета.

— Или не было камня.

— Да.

— Пустая раскраска… Кажется, я начинаю понимать. Но вопросов все еще слишком много. Это не дает сосредоточиться.

Ян ничего не ответил, предоставив ей время подумать. Кто создал «архивы» вещей и от каких образцов отталкивался? Почему все устроено именно так? Мир – компьютерная симуляция и вещи в архивах легче хранить? Иначе что, графика подгружаться не будет? Начнутся баги? Уже похоже на бред. Наверняка все сложнее, чем в видеоиграх…

— Я существую?

— Сама как считаешь?

— Я уже ни в чем не уверена.

— Стоит отдать должное Декарту, он оказался ближе всех к истине. Cogito ergo sum. Мыслю, следовательно, существую. Вот только на деле говорить нужно не только за себя. Все окружающее существует, потому что человек мыслит. Никак иначе. Источник существования всего, что ты видишь вокруг себя, – мыслительные процессы людей на протяжении сотен поколений.

— Но ведь архивы кто-то создал. Как и механизм, который автоматически открывает их для нас.

— Фаина, не сходи с верного пути на путь буквального толкования аналогий, – пожурил Ян, и девушке стало стыдно за свою глупость.

Пропасть между ними возрастала, становилась все более мучительной. Вещи устроены таким образом, что им двоим нельзя быть вместе. Возможно, неспроста все именно так. Есть определенные правила, которые нельзя нарушать, как нельзя не обжечься, сунув руку в огонь.

— Прошу, не делай из меня идиотку. Я всего лишь человек. Который к тому же долгое время жил в добровольной изоляции от здорового социума. Я совершенно ничего не знаю. Расскажи мне все.

— Во-первых, у меня нет цели унизить тебя. Сейчас я скорее чувствую себя отцом, которого ребенок мучает вопросами в стиле: почему вода мокрая? Не обижайся. Во-вторых, поведать тебе абсолютно все я не успею, у нас не так уж много времени. А мир велик и многогранен, и знаний о нем накоплено множество. В-третьих, это же совсем неинтересно – просто рассказывать. Гораздо приятнее думать, критически мыслить, слагать гипотезы и видеть, как из руин сомнений взрастает нечто осмысленное…

— Да ты просто хочешь сделать из меня дурочку, – обиделась она.