Книга Я переиграю тебя. Реванш, страница 171 – Тори Майрон

Теплые губы захватывают сосок. Лижут, посасывают, выпускают. И тот же дразнящий маневр проделывают с другим, заставляя меня чуть ли не заурчать от наслаждения. Не только от сладостных манипуляций мужского рта, но и от понимания, что Дима тоже не изъявляет желания поговорить о нас. О том как все будет дальше? О том, что между нами произошло сейчас. Тоже не хочет. И я не хочу. Совершенно. Разговор мгновенно разрушит всю магию нашего нереально горячего секса, который я планирую повторить этой ночью еще не раз. И предельно четко чувствую, что Дима запланировал идентичный сюжет.

Замечательно.

Идеально.

Лучше не придумаешь.

Было бы.

Если бы в кухне вдруг не раздался звонок Диминого телефона.

— Не отвечай, – тихо прошу я, когда Дима приподнимается к моему лицу и целует в губы.

— Даже не думал.

Язык проскальзывает внутрь рта, мои пальцы тонут в черных волосах и гладят голову в знак одобрения.

Однако после одного назойливого звонка следует второй, а за ним и третий, намекая на то, что реальность не позволит нашим планам осуществиться.

— Ночь на дворе. Кто тебе может звонить в такое время? – недовольно спрашиваю я, и укол ревности вновь вонзается в сердце.

Похоже, несмотря на открывшуюся мне правду, я все равно не способна так быстро забыть о подозрениях Титова в неверности. И Дима считывает это по моему помрачневшему лицу.

— Угомонись, тигрица. Как можно ревновать, если мой член до сих пор в тебе? – усмехается он и прикусывает мою нижнюю губу.

— Посмотрела бы я на тебя, если бы мне кто-то позвонил так поздно, пока твой член еще во мне, – парирую я и получаю ожидаемую реакцию: резко загоревшаяся злость в глазах и сильно сжавшаяся челюсть. – Угомонись, тигр, – копирую его тон и усмешку, а затем снова отвлекаюсь на очередной сигнал телефона и раздражаюсь. – Ответь, там явно что-то важное, раз не прекращают трезвонить, – произношу с ехидством, на самом деле предполагая, что звонок не архиважный и спокойно может подождать до завтра.

Однако стоит Диме подняться с меня, наклониться к брюкам, валяющимся у его ног, достать телефон и ответить на чертов вызов, как мое убеждение превращается в прах.

Понятия не имею, кто позвонил, но всего через несколько секунд с лица Димы сходят все краски, и меня пробирает озноб, а любое напоминание о пережитом удовольствии исчезает, словно его и не было.

— Я выезжаю. Скоро буду там, – твердым голосом отвечает он и отключает вызов, продолжая стоять на месте без движения, и мне вконец становится не по себе.

— Кто звонил? Что случилось? – ловко заняв сидячее положение, спрашиваю я, неотрывно глядя на Диму.

Три секунды тишины, во время которых сердце словно покрывается льдом, а интуиция оглушает криком о том, что ответ Димы мне не просто не понравится, он повергнет меня в оцепенелый ужас.

— Звонил Давид, – ровно, без тени эмоций произносит Дима, прибивая меня арктическим взглядом. – Ангелина мертва.

Каролина

Я в очередной раз убедилась: как, однако, в жизни все может измениться.

Круто, резко, неожиданно.

Всего несколько дней назад я терпеть не могла Ангелину, думая, что она является главной любовницей моего мужа, а сейчас нахожусь на частном кладбище, где с тяжелым сердцем подхожу к ее могиле, в которую уже погрузили гроб, и бросаю прощальную горсть земли.