Книга О чем плачут мужчины, страница 49 – Лидия Давыдова

— Стефания сказала, что нашли машину, она разбилась, – произнёс Симоне тихо.

— Но тело не нашли, может, вообще Микеле не было в машине? – ответил Андреа спокойным голосом. – Может быть, у него украли машину и…

— Андреа, как ты можешь быть таким хладнокровным, – перебил его Симоне и, посмотрев внимательно на друга, добавил: – Ты что-то знаешь?

Андреа фыркнул:

— Столько же, сколько и ты.

— Пацаны, у меня по-прежнему предчувствие, что наш друг просто где-то тусит, не, ну серьёзно, он вырубил телефон, бросил где-то тачку, и кто-то её взял покататься, может, разбил. Микеле просто отрывается за всё то время, когда не мог этого делать, – произнёс Джованни.

Симоне кивнул:

— Будем надеяться, что ты прав. Как вообще у кого дела? Я начал тай-чи заниматься и офис снял, всё, харэ, сил моих нет дома работать.

— А я поместье присмотрел в Тоскане, – произнёс Андреа как ни в чём не бывало, будто собирался купить себе новый телефон.

Джованни присвистнул:

— Хера се, с чего это вдруг?

— Да так, чтобы чаще видеть вас, придурки, – заржал Андреа.

— А я решил продать кемпер и купить мотоцикл, – произнёс тихо Симоне.

Джованни не хотел говорить парням о том, что через пару дней после приезда он возобновил свидания в «Тиндере», сходил на два, но ни одно не закончилось так, как ему хотелось. И дело было не только в том, что ему некуда было приводить женщин, а в чём-то другом. Что-то его блокировало, что-то не позволяло довести дело до конца, он не мог даже начать. Ему не помогла даже виагра. Джованни предполагал, что причиной могут оказаться те картинки, которые он видел во время ритуала. И не удивился бы тому, что они были истинной причиной его неудач с женщинами.

На следующий день после очередного неудачного свидания он пришёл к своему психологу и сказал:

— Я и не представлял, что моя мать имела такое влияние на мою жизнь.

— Конечно, – произнёс психолог, – мать в нашей жизни – самый важный человек.

— Но мы никогда об этом не говорили.

— Мы говорили о вашем браке, вы фокусировались на его спасении, – сказал психолог.

К психологу Джованни больше не ходил, посчитав их дальнейшую работу совершенно бесполезной.

Та обида, которая есть у женщин сегодня, – это обида на то, что женщина долго пребывала в чулане вторичности по отношению к мужскому. И эта второстепенно ощущающая себя женщина родила сегодняшних мужчин…

Из подкаста «Метафизика мужского и женского»

— Как твой кондитер?

Нора и сестра пили кофе без кофеина в новом месте, где делали круассаны без глютена и без сахара.

— Никак, – Элена пожала плечами, – чмо он натуральное, – нахмурилась она, – я так долго готовилась к свиданию, так переживала, всё-таки он вроде как знаменитый, чуть ли не звёздный шеф, а я простая смертная. Нарядилась, приехала, думала, там ресторан, а оказался бар, где все сидели за общими столами и громко разговаривали, никакой атмосферы, а он только и делал, что хвастался, как и сколько пьёт и на какие вечеринки ходит. Но самое ужасное ждало меня в конце.

— Он тебя чем-то обидел? – встрепенулась Нора.

Сестра хмыкнула и продолжила рассказ о том, как она попросила подвезти его на своём мотороллере до машины, потому что припарковалась далеко и было очень поздно, у него был только один шлем.

— И прикинь, он такой: без проблем, сейчас достанем второй, подходит к шеренге мотороллеров и берёт шлем, ну то есть ворует его, потом пишет в приложении, что шлема здесь не было, то есть оставляет жалобу. Я прямо офигела, он украл шлем!