Книга Измена. Бывшая любовь мужа, страница 47 – Милана Лотос

Я искала редкий сборник стихов для отца, поднявшись на цыпочки и безуспешно пытаясь дотянуться до хрупкого фолианта на самой верхней полке. Пальцы скользили по грубому холсту переплета, и я уже готова была сдаться, как вдруг почувствовала теплое присутствие за спиной. Чья-то рука с длинными, ухоженными пальцами, пахнущая дорогим кожаным ремнем и легкой нотой сандалового дерева, легла на корешок рядом с моей.

— Позвольте, — прозвучал над самым ухом низкий, бархатный голос. От его тембра по моей спине пробежали крошечные мурашки. — Эта полка, кажется, ненадежна.

Я отпрянула, задев плечом его грудь, и обернулась, чувствуя, как заливаюсь краской. Передо мной стоял Он.

Высокий, в идеально сидящем темно-сером пальто, с пронзительным, изучающим взглядом цвета темного шоколада. Этот мужчина не улыбался. Он… уверенно владел пространством. С легкостью, одним плавным движением, достал книгу, которую я безуспешно пыталась подцепить, и протянул мне. Его пальцы на мгновение коснулись моих, и по руке разлилось короткое, электрическое тепло.

— «Северные элегии». Хороший выбор. Меланхоличный, но сильный, — его взгляд скользнул по корешку, а затем медленно, оценивающе, вернулся ко мне, будто изучая каждую черту моего смущенного лица. Он не спрашивал, нужна ли мне помощь. Он ее уже оказывал, по праву сильного.

— Спасибо, — я взяла книгу, чувствуя себя неловкой школьницей, пойманной за недостойным занятием.

Вардан, с его озорными глазами и простой, почти деревенской непосредственностью, никогда не вызывал у меня такого ощущения. С Варданом было легко и весело, как с старым другом. Этот же мужчина с первых секунд дал понять — с ним не будет легко. С ним будет… интенсивно.

— Максим, — представился он, и его имя прозвучало как заклинание. Его взгляд все еще скользил по мне, задерживаясь на губах, на растрепавшихся от стараний волосах, и я чувствовала этот взгляд почти физически, как легкое прикосновение.

— Варвара, — неловко прошептала я, ощущая, как по спине вновь пробегают предательские мурашки, а в груди что-то замирает и тут же начинает бешено колотиться.

— Варвара, — повторил он, обдумывая имя, растягивая гласные. Оно в его устах зазвучало по-новому — значимо и изысканно, как будто он держал его на языке, пробуя на вкус. — Вы часто ищете приключения в таких местах? — В его глазах играли искорки насмешливого интереса.

— Только когда ищу подарки для отца, — улыбнулась я, пытаясь вернуть себе хоть каплю самообладания и сжимая в мокрых ладошках шершавую обложку книги.

— Практично, — он кивнул, и в уголках его глаз наметились едва заметные лучики. — А позволите ли вы себе непрактичное? Ужин, например. Сегодня.

Это было не предложение. Это была мягко сформулированная команда, облеченная в форму приглашения. В его тоне не было ни тени сомнения, что я соглашусь. И это, черт возьми, сработало.

Мысленно я тут же сравнила его с Варданом.

Вардан в подобной ситуации нервно бы потер затылок, придумал бы какую-нибудь дурацкую шутку про «девочек, которые любят пыльные книги» и, краснея, пробормотал бы: «Ну, если хочешь, может, куда-нибудь сходим? Как друзья?» Максим же не оставлял пространства для сомнений. Он брал то, что хотел. И в тот момент он хотел меня.

— Сегодня? — переспросила я, больше для приличия, чувствуя, как горит лицо.