Книга Измена. Бывшая любовь мужа, страница 44 – Милана Лотос

— Постой, я же люблю тебя! — он говорил это с такой страстью, что это было похоже на кощунство. — Всегда любил только тебя! Лиза — это так, баловство одно. Тем более, это же просто минет. А ты, ты помнишь, сколько я тебя просил? А ты, как святая, упиралась, — скорчившись произнес эту фразу, и я отшатнулась, — в браке нужно уступать друг другу. Зная, как я это обожаю, могла бы и свои дурацкие принципы отбросить!

От его слов во рту появился вкус желчи.

— Какие принципы, Макс?! — голос мой сорвался на крик. — У меня был токсикоз, потом — огромный живот! Я физически не могла! Или ты хотел, чтобы меня вырвало прямо на тебя?

— Можно было потерпеть! — рявкнул он в ответ. — Как будто я для тебя мало чего делал?!

— Отойди от меня! — я изо всех сил толкнула его в грудь. Он отшатнулся, и я, воспользовавшись моментом, вырвалась из гардеробной. — Не хочу слушать бред сумасшедшего! У тебя есть Лиза и Яна, которые отлично справляются со своими обязанностями. Браво, муженек! Просто, браво!

Он молча отошел, пропуская меня, и я вышла обратно в спальню. Лиза все еще сидела на полу, поджав ноги. Ее лицо было заплакано, а пальцы судорожно наматывали вокруг пальцев пряди ее рыжих волос.

— Мне тебя жаль, сестра, — сказала я, и в моем голосе не было ни капли жалости, лишь ледяное презрение. — Ты стала не просто любовницей. Ты стала подстилкой. Прислугой для утех у любовницы. Кажется, падать ниже уже некуда.

— Варя… — ее голос дрожал от рыданий. Она подняла на меня мокрое, распухшее лицо. — Я… я просто… я люблю его! Всегда любила, — она протянула ко мне руки, словно прося прощения, но ее слова были ударом ножа.

— Замолчи! — проревел Макс, появляясь в дверях. Его лицо было багровым от ярости. — Закрой свой грязный рот и убирайся к черту из моего дома! Между нами все кончено!

Но Лиза, словно не слыша его, смотрела только на меня, и в ее глазах горел странный, истеричный огонь.

— Мы год вместе. Целый год, мы трахались за твоей спиной везде: в его офисе, в машине, в отелях. Даже здесь, на этой кровати, где ты спала.

— Я сказал, заткнись! — рык Макса был животным. Он одним огромным шагом преодолел расстояние, отделявшее его от Лизы. Его ладонь, большая и тяжелая, взметнулась в воздухе и с резким, хлестким звуком обрушилась на ее щеку.

Голова Лизы дернулась с противным щелчком.

Она вскрикнула — коротко и пронзительно — и рухнула на ковер, схватившись за лицо. Из ее носа брызнула алая струйка крови.

Я застыла на месте, ошеломленная. В ушах зазвенела оглушительная тишина, нарушаемая лишь всхлипываниями сестры. Я видела, как Макс кричал, как он двигался, но не могла поверить в то, что только что произошло. Мой муж. Человек, который должен был быть опорой. Только что ударил женщину. Мою сестру.

— Чудовище… — слово сорвалось с моих губ тихим, прерывающимся шепотом. Потом я нашла в себе силы крикнуть, вложив в этот крик всю свою боль, отвращение и ужас: — Ты чудовище! ЧУДОВИЩЕ!

И тут он медленно, словно хищник, оценивающий добычу, развернулся и пошел в мою сторону. Его глаза были пустыми и черными, а на скулах играли желваки. В них не было ни капли раскаяния, лишь холодная, неконтролируемая ярость. Воздух вокруг сгустился, наполнившись невысказанной угрозой.

И тут мне стало по-настоящему страшно.