Книга Измена. Ты выбрал не меня, страница 37 – Хелен Кир

— Я теперь учусь с вами. Попросила бы суждения оставить при себе.

Голос…

Твою ж мать.

Ее голос. Он проникает под кожу и разносится по телу, застревая там навсегда. Пропадаю.

Копаюсь в панели, извлекаю пачку влажных салфеток. Стираю сукровицу. Пропахала ногтями с душой прямо.

Ерунда.

Бродит и никак не желает пропадать ощущение тщательно скрываемого удовольствия от насильного поцелуя. Взрывает медленно, но верно. Загасить бы. Какой к черту гасить, это нереально.

С тех пор как она снова пришла в мою жизнь все стало суматошно припадочным. Брожу, как тупорылая сомнамбула. Запорол контракт, когда такое было. Вместо того, чтобы поехать на деловой ужин, помчался сюда. К ней.

Предложить Израиль … Идиот? Возможно. Не знаю.

Не понимаю, как устранить ошибки. Точнее, как начать. Редко одолевает бессилие и непонимание, а теперь оно во главе. Паранойя! Как вылезти и начать нормально функционировать? Зло разбирает. Может и зря полез в дебри былого, кто поймет, но не окунуться вновь туда все же без вариантов.

Сбежать? Бесполезно. Все равно буду думать, пока не завершу начатое.

Нужно помочь ей. Я обязан исправить косяк с ее проблемой. Возможно, станет легче нам обоим.

По прошествию времени не понимаю и теперь, какого черта она пошла на аборт в обычную клинику. Ведь была же возможность нормально сделать, нет же. Угораздило вляпаться больше, чем нужно.

Объяснить такой шаг можно не только неразумностью. Тут такое не при чем. Больше помешательство и скоростное бегство от реальности. Шок. Боль. Ужас. Мое отстранение от проблемы. Да много чего в тот момент свалилось. И в итоге имеем то, что имеем.

Я еще подсуропил конкретно. Да были у меня основания! Были! Глаза белой яростью топило. Разрывало надвое. Попалась бы на пути, смел бы и не пожалел.

А теперь все. Выгорело. Пепел внутри, выжженное поле.

Ленке нужно помочь. Обязан.

Как последний гандон включаюсь в покореженную жизнь некогда любимой женщины, впрыгиваю в последний вагон. Задай себе вопрос, Демид, влез если бы вновь не столкнулся с ней в узком коридоре судьбы? Врать самому себе смысла нет. Конечно, да. Я в нее всегда влезал. Даже на расстоянии. Даже когда Ленки на маячило на горизонте. Маньяк? Да.

В задницу. Хватит жевать одно и тоже.

Да, накосячил. Да, получив информацию, задохнулся от грязи и боли. Да, решил, что прервать беременность будет лучшим вариантом. Я и так боялся, что будет что-то не так. Помимо еще существовал ряд причин.

Но Лена тоже согласилась. Она пошла на аборт. Нет, я не перекладываю вину ни в коем случае, просто мы оба несем ответственность за случившееся.

Теперь я хочу все исправить.

Трогаю вспухшую губу. Дергает и ноет. Лучшее, что чувствую сейчас. Хотя бы живу.

— Ты охренел, Стас?

— Не нравится? — захватываю подбородок и удерживаю. Не удержавшись, вновь коротко впиваюсь в распухший рот. Размашисто прохожусь языком. Вздрагивает и вырывается. — Стой. Не дергайся.

— Не лезь ко мне. Мне противно.

Шпарит кипятком по позвоночнику. Врет же. Кровь бросается в голову. Хрен знаю, как объяснить потоки, что выбрасывает по поверхности, но мне неприятно. Врет же. Врет?

Склоняюсь ниже. Всматриваюсь в глаза. Только кроме бунта ничего не вижу. Ленка готова сражаться. И только в самой глубине плещется та самая моя. Та, которую уже никогда не вернуть. Но именно этот едва уловимый всплеск дает бешеную надежду. Только на что? Надо ли будущее? Надо ли нам оно?