Книга Хрустальная ложь, страница 54 – М. Эль

— Определённо. Особенно его хозяйка.

Рико нервно кашлянул, его сердце, казалось, ушло в пятки. Он посмотрел на Лилит с неподдельным ужасом, словно она только что подписала себе смертный приговор. Никто никогда не говорил с Энгелем в таком тоне. Никогда. Это было неслыханно, безумно, самоубийственно.

Но Лилит — не «кто-то». Лилит не знала страха перед ним. Она не склоняла голову. Ни перед кем.

— Я не хозяйка, — ответила она холодно, её голос звучал как ультиматум. — Просто женщина, умеющая стрелять лучше твоей охраны.

Виктор усмехнулся — короткий, сухой звук, не дошедший до глаз. Сделал ещё один шаг, теперь он стоял почти рядом, его присутствие ощущалось как физическое давление.

— Проверим?

Лилит не дрогнула. Ни один мускул на её лице не дрогнул, глаза оставались безмятежными, словно глядящие сквозь него.

— Только если хочешь потерять одного из своих людей.

И снова тишина, на этот раз абсолютная, глубокая, обволакивающая. Только музыка играла где-то далеко, словно приглушенный фон, саундтрек к нереальности, будто это всё происходило не в баре, а на другой планете, где действовали совершенно иные законы.

Виктор подошёл ещё ближе, почти касаясь её плечом. Запах дорогого одеколона смешался с запахом её виски.

— Хочешь совет? — спросила она ровным, безэмоциональным голосом, не поворачивая головы, её взгляд был устремлен куда-то в пустоту.

— Удиви, — ответил он с легкой иронией.

— Не делай лишних шагов.

Он рассмеялся низко, густо, чуть наклоняясь к её уху, его дыхание опалило кожу.

— А если не послушаюсь, mon diable? (моя дьяволица)

Девушка медленно повернула голову, её глаза встретились с его, и в их глубине не было ни тени колебания. — Тогда последует наказание.

— Любишь доминировать, я смотрю.

— Ага, очень. — без энтузиазма ответила Рихтер.

Лилит достала сигарету из пачки, щелкнула зажигалкой, и резкий запах серы на мгновение перебил другие ароматы. Сделав глубокую затяжку, она по привычке отсалютовала ему сигаретой от виска — нагло, издевательски, прощальным жестом королевы.

— Приятного вечера, мистер Энгель.

Развернулась, с небрежным, но изящным движением накинув пиджак на плечи, и пошла к двери, не оглядываясь. Её осанка была безупречна, походка — легка и уверенна.

Виктор не сказал ни слова. Его взгляд хищника застыл на секунду, а затем он медленно развернулся, чтобы проследить за её уходом. Только чуть приподнял уголки губ в почти неуловимой, самодовольной улыбке. Он понял всё. Вся картина сложилась, без единого вопроса.

А она, уверенная в своей победе, даже не подозревала, что её тайна раскрыта. И истинная опасность только начиналась.

Позже, глубокой ночью, когда Лилит шла домой по Бродвею, город дышал ей в спину огнями, пульсирующими и хищными, как её собственное сердце. Небо над головой было прорезано неоновыми стрелами и блеском далёких небоскрёбов, а внизу, на улицах, всё ещё кипела жизнь — гул машин, обрывки разговоров, эхо смеха и музыки. Она шла сквозь этот поток, словно призрачная тень, едва касаясь земли. Воздух был холодным, пронизанным влагой, но внутри неё горел огонь.

Она чувствовала — игра началась. Ещё до того, как барная дверь захлопнулась за ней, она знала, что этот вечер не станет обычным. Встреча с Виктором Энгелем была не просто стычкой; это было предзнаменование, вызов, брошенный без слов, лишь в переплетении взглядов и острых, как бритва, реплик.