Книга Хрустальная ложь, страница 53 – М. Эль

Рико, её вечный спутник в этой барной одиссее, театрально размахивая руками, рассказывал очередную идиотскую историю о своих «подвигах». Мэтт, как всегда, спорил с барменом о политике, повышая голос.

Она позволила себе расслабиться. Редкое, почти непозволительное состояние для Лилит, чьё обычное положение было — натянутая струна, готовая порваться от любого неверного движения. Сегодня же, под прикрытием фонового шума и алкогольной дымки, она впервые за долгое время позволила себе выдохнуть.

— Ты сегодня не как обычно, — заметил Рико, чуть хмельной, но все ещё достаточно наблюдательный, чтобы подметить непривычное зрелище. Он посмотрел на нее с опаской. — Улыбаешься, Рихтер. Опасно.

На её губах мелькнула тонкая, почти незаметная улыбка, игра теней в полумраке бара.

— Может, я просто устала убивать людей взглядом, Рик. — хмыкнула она, откидываясь на спинку стула, её голос был низким и саркастичным.

Музыка сменилась на медленную джазовую балладу, словно пытаясь успокоить напряжённую атмосферу, свет стал мягче, погружая бар в интимный полумрак. И в этот момент дверь бара скрипнула и распахнулась.

Пауза.

Звук собственного сердцебиения, казалось, стал слышен громче, чем любой смех. Рико мгновенно затих, поперхнувшись на полуслове, его лицо стало бледным, как полотно. Мэтт, до этого яростно жестикулировавший, застыл, неловко выпрямившись. Даже Гарри, бармен, замер, как по команде, с тряпкой в руке, его взгляд устремился к двери.

Валерия не сразу обернулась. Она ощутила изменение в воздухе — холодный ток, пробежавший по коже, тот самый инстинкт, который она знала с детства, чувствовала каждой фиброй своего существа. Так дышат, когда в помещение входит хищник высшего уровня. Воздух становится густым, плотным, тяжёлым от предчувствия.

— Блядь… — прошептал Рико, настолько тихо, что Лилит едва расслышала, его голос дрожал от ужаса. — Босс пришёл.

И только потом она позволила себе посмотреть.

Виктор Энгель.

Тот самый. Он стоял на пороге, олицетворение опасности, воплощённое в безупречно сидящем костюме, который облегал его подтянутую фигуру, не оставляя ни единой морщинки. Платиновые волосы, коротко стриженные, словно ледяные нити, обрамляли лицо, на котором застыло спокойствие, будто он пришёл не в прокуренный бар, а на важные, тщательно спланированные переговоры. Его глаза — цвета холодного зимнего утра, пронизывающие, лишенные эмоций, скользнули по залу, заставляя каждого почувствовать себя пойманным.

Лилит внутренне вздрогнула.

Блять. Серьезно? Босс?

Сложив все вместе, девушка поняла, что попала. Мафия. Гребанное дерьмо.

Внешне никак себя не выдала.

Все склонили головы. Почтительное поклонение, инстинктивное подчинение, прошитое в генах. Все, кроме неё.

Она лишь поднесла бокал к губам, делая нарочито медленный, ленивый глоток, и нарушила тишину голосом, полным наигранной скуки:

— Ну надо же… Нью-Йорк совсем обеднел, если мафия теперь приходит в мои любимые бары.

На губах Энгеля мелькнула чуть заметная, хищная улыбка. Он сделал шаг внутрь, и каждый его шаг казался измерением пространства.

— Я бы сказал, мафия приходит туда, где интересно.

— И это место тебе показалось интересным? — Лилит артистично приподняла бровь, демонстрируя невозмутимость, которой не было равных.