Книга Хрустальная ложь, страница 112 – М. Эль

— Что-то сильное, крепкое. И быстро.

Бариста — молодой парень, смуглый, внимательный, с татуировками на предплечьях — кивнул, уже потянувшись за шейкером. Однако, мгновенно узнав особу перед собой, он замер. Ее лицо, ее манера держаться, этот пронзительный взгляд — всё выдавало в ней одну из самых влиятельных женщин города. Неуверенно покосившись на Лилит, он быстро набрал номер, отвернувшись.

— Босс.

Голос Виктора был ровный, холодный, почти ленивый, как всегда, когда он был особенно опасен.

— Скажи мне, — начал он, — что это не то, что я думаю. Что моя маленькая упрямица осталась дома.

Бариста нерешительно посмотрел в сторону. Лилит сидела на высоком стуле, длинные ноги скрещены, губы прикушены, лицо полуосвещено синими лампами, которые придавали ее чертам таинственность. Красная помада сияла как вызов ночи.

— Эм… госпожа здесь. Вторая стойка. Заказ — крепкое.

Пауза. Долгая. Тишина, которая говорила красноречивее любых слов: он злится. Злится не просто так, а с той холодной, расчетливой яростью, которая предвещала что-то очень плохое.

Потом Виктор тихо рассмеялся. Не громко. Но так, что парень почувствовал, как по спине пробежал холодок. В этом смехе не было веселья, только угроза.

— Конечно, она здесь, — сказал он. — Эта упрямая маленькая змея. Подмешай ей наш «E-soft». Две капли. Быстро.

Бариста застыл, его глаза расширились от ужаса. «E-soft» — это был мощный, но безопасный снотворный препарат, который Виктор использовал в крайних случаях.

— Босс… она же… если узнает…

— Узнает, — перебил Виктор, его голос был сухим и безапелляционным. — И убьёт меня. Угу. Но сначала пусть поспит. Я не хочу, чтобы она наделала глупостей.

Бариста нервно оглянулся. Лилит сидела, проводя пальцем по краю бокала, взгляд дерзкий, будто чувствовала, что речь идёт о ней. Будто предчувствовала подвох.

Парень прошептал:

— А потом, босс?

Виктор усмехнулся так, что бариста чуть не уронил телефон.

— Потом я сам разберусь. Приготовь коктейль, моей красавице не место в локальном аду.

Парень вздохнул, отключился. Смешал напиток. Добавил две крошечные капли прозрачной жидкости, едва заметные в темном алкоголе.

Лилит взяла бокал. Поднесла к губам. Сделала большой, уверенный глоток, чувствуя, как обжигающая жидкость стекает по горлу. Сначала все было хорошо. Несмотря на боль в ногах и голове, девушка чувствовала, как музыка проникает в ее тело, как алкоголь начинает расслаблять. Она могла бы танцевать, веселиться, забыть обо всем.

И ровно через семь минут, мир качнулся. Синие огни поплыли перед глазами, музыка стала глухой, далекой.

— Чёрт… — она зацепилась за стойку, дыхание сорвалось. Голова кружилась, тело вдруг стало ватным, тяжелым.

— Вам плохо? — прошептал бариста, его голос был полон притворного беспокойства.

— Нет… всё… нормально… Я, кажется, перебрала… — она закрыла глаза, ее пальцы ослабли, тело накренилось. Она не могла контролировать себя, сознание уплывало.

Но Лилит не упала.

Чья-то рука, очень уверенная, очень тёплая, обняла её за талию, подхватывая, прежде чем она рухнула на пол. Подняла. Повернула к себе.

Лилит открыла глаза на секунду. И увидела знакомые платиновые волосы, тёмное пальто, его глаза, полные беспокойства и... торжества.

— Тише, змейка, — Виктор тихо коснулся её виска губами, его голос был полон нежности, но в нем проскользнула ироничная нотка. — Я предупреждал.