Книга Паутина, страница 141 – Весела Костадинова

Но утром к просмотру вернулась. Не потому что верила, а потому что стало интересно, с чего вдруг Василий решил заставить меня смотреть эту хрень. Тяжелую, непонятную, полную глупостей.

Еду приносила Катерина, молчаливая, не отвечающая на мои эмоции. Приносила, проверяла состояние, уносила. Еду, шоколад, который я выбросила в окно, ягоды, едва не последовавшие туда же, но мне стало стыдно.

Второй день прошел, как и первый. Меня никуда не выпускали, со мной вообще никто не говорил, а я уже готова была от тоски завыть. Еда, лекарства, сон, сериал, душ. Спать могла только с успокоительными.

Третий день вымотал меня окончательно. В голове постоянно крутились вопросы, ответов на которые не было. Мне казалось, я сама нахожусь в фильме, в этом чертовом сериале, который ломает всю мою реальность.

— Катя… — взмолилась я, — я так больше не могу…

— Знаю, — ответила она, измеряя давление. Сегодня утром я заметила, что она тоже дерганная и уставшая.

— Дай мне выйти хотя бы в сад…. Хотя бы ненадолго….

Она вздохнула, потом молча кивнула.

Я вышла в коридор, тяжело выдыхая, ощущая головокружение, а потом пошла к выходу. К той самой веранде, где ужинала в первый мой вечер здесь. Внезапные голоса заставили меня замереть в полушаге.

— Гоша, мы в жопе, ты это понимаешь? — голос Василия был напряженным, почти срывался.

— Вась, я похож на идиота? — Игорь раздраженно бросил в ответ. — Что ты предлагаешь? Снова перекинуть её через плечо, запихнуть в багажник и везти дальше? Куда? В Хабаровск?

Судя по глухому удару, Василий со всей силы стукнул кулаком по столу.

Тонкая, но цепкая рука Катерины вдруг толкнула меня в спину, вынуждая сделать шаг вперед, выйти на свет.

— Что за… — начал было Василий, но осекся. — Ну и кто её выпустил?

— Я, — отрезала Катя, глядя ему прямо в глаза.

— Я разрешал? — его голос был низким, угрожающим.

— А ну заткнись, — в тон ему бросила она. — Она у вас скоро копыта отбросит, Вась! Ты что творишь, а?

— То, что у нас нет времени, Кать. Впритык совсем. Недооценил я этого ублюдка, ох, недооценил… Он без тормозов. Совсем.

— Так девку поломать — тоже не выход, — отрезала Катя. — Она у нас уже на стены лезет.

Василий выругался, с силой упираясь кулаками в стол. Игорь стоял рядом, мертвенно бледный, губы плотно сжаты. В воздухе повисло напряжение, словно перед бурей.

— Что происходит? — спросила я, переводя взгляд с одного на другого.

— Ищут тебя, голуба, — ехидно ответил Василий. — С собаками землю роют. Ориентировки на тебя и дочку по трем регионам разосланы. Видать не простого мотылька мы из паутины вытащили, а личную бабочку. Так, голубка?

Я побелела и пошатнулась, если бы не рука Игоря, возможно не удержалась бы на ногах.

— Ты, голубка, сейчас возможно выбор делать будешь — нас засадить и в свой рай вернуться, хоть и ненадолго, или все-таки голову включить.

— Я… я не знаю… — слова давались с трудом, грудь сжимало от тревоги. — Я не стану вас обвинять… Я… я просто хочу знать правду…

Я наконец выдавила это, опираясь на руку Игоря, цепляясь за него, как за единственную опору в этом хаосе. Посмотрела ему в глаза, но нашла там лишь холодное спокойствие.

— Мы тоже, Лиа, — ровным голосом сказал он. — Мы тоже. Возможно, к вечеру у нас будут ответы.

Но в этом спокойствии таилась обреченность. И от осознания этого мне стало по-настоящему холодно.