Книга Горянка, страница 89 – Весела Костадинова

— Я знаю, — мужчина снова остановился и успокаивающе задел девушку за горящую щеку. — Многие смеялись, а я тайно приходил в библиотеку и читал Гамзатова. И многие из нас читают. Мы не дикари, Лия. Многие обычаи гор кажутся тебе не нормальными, не привычными. И у меня характер тяжелый, но это не значит… — он запнулся. — Что ты не сможешь быть здесь счастливой.

Снова медленно пошли по бульвару, свернули в узкий переулок и остановились около одного из маленьких ресторанчиков, откуда тянуло ароматными запахами еды.

* "О любви" Расул Гамзатов

** Поема "Горянка" Расул Гамзатов

Это было так странно, просто сидеть в ресторане, где играла тихая, ненавязчивая музыка, напротив красивого мужчины, в дорогой одежде, который смотрит тепло и нежно, понимая, что все это только красивая декорация.

Алия машинально посмотрела меню, хоть есть не хотелось от слова совсем. Ахмату позвонили, и он, тихо извинившись, отошел в сторону, оставив девушку одну. С русского переходил на незнакомый ей язык и потом снова говорил на русском.

Лия же смотрела в стеклянное окно, на несколько секунд представляя себе, что за ней наблюдают. Наблюдают люди, которые присланы мамой, чтобы спасти. Коллеги-юристы, правозащитники…. Или Андрей. Она с силой тряхнула головой, отгоняя наваждение слишком похожее на сказку, на мечту юной девушки, слишком опасное своей лживой надеждой.

Ахмате вернулся и снова сел напротив. Улыбнулся, накрывая своей рукой руку Лии.

— Почему паркур, Лия? — внезапно спросил он.

Она вздрогнула.

— Я хотел спросить, почему не танцы, например?

Вопрос требовал ответа, а отвечать не хотелось. Она вздохнула.

— Случайность.

— Или Бессон? — улыбнулся он.

— Да, — пришлось признаться, — это роль тоже сыграло.

— Заметь, — он поблагодарил официанта кивком и продолжил, — как минимум что-то общее у нас с тобой есть.

Она не хотела спрашивать, не хотела знать, и все же не удержалась.

— Тоже любишь паркур? — прозвучало ехидно.

— Нет, — рассмеялся он, радуясь ее острому язычку, вдруг протянул руку и коснулся уголка губ девушки, стирая или крошку, или капельку соуса из салата, — фильмы Бессона. Из спорта предпочитаю верховую езду и охоту. Каталась верхом?

— Приходилось.

— Завтра… мы уедем отдыхать, Алият, — вздохнул он. — Я в отпуске не был четыре года… устал, как собака. Не бойся, — он увидел, как она побелела, — не бойся, маленькая. Я же сказал, что ничего плохого с тобой больше не будет. Ничего, Лия. Просто горы, отдых, прогулки. Там конюшня есть, места невероятно красивые.

Лие стало трудно дышать, захотелось убежать на воздух, подальше от него.

— Лия, послушай, — Ахмат крепко держал за руку. — Я совершил ошибку, но больше такого не будет. Я хочу узнать тебя ближе, хочу понять тебя. Понимаешь? — он сжал ладонь сильнее, заставляя ее посмотреть на себя. — Первый раз — больно всегда, после — нет. Ты ведь это и сама знаешь не хуже меня. Неужели тебе настолько неприятно мое общество? Мы пол дня говорим о книгах, о мелочах, у нас много общего. Не надо меня боятся… Лия, я не опасен для тех, кто мне верен. Я держу свое слово, даже если мне это не удобно. Я дал клятву защищать тебя — значит буду это делать. Ты сильно болела, сейчас нужно восстановиться — значит буду рядом с тобой, специально беру для этого отпуск.