Книга Горянка, страница 101 – Весела Костадинова

Лия отступила от зеркала, споткнулась о край ковра и опустилась на пол. Руки бессильно соскользнули по коленям. Она не кричала, не рыдала — только дыхание сбилось, стало коротким, хриплым, будто изнутри что-то обрушилось и не могло снова подняться. Слёз не было. Только пустота — холодная, как горный ветер, и ужас, который не находил выхода.

Она сидела на полу, обхватив голову руками, и плакала без звука, без слёз, без надежды.

Так плачут, когда уже не ищут спасения.

А сейчас, чувствуя горячие руки мужа, его губы на губах, она вдруг подумала — может зря не сделала только что последний шаг. Тот шаг, что отделял ее жизнь от свободы. Шаг, и она полетит вниз, в широкую пройму бурлящей реки, которая будет решать ее судьбу сама. Может она самое себя лишила этого последнего в своей жизни выбора?

Если Ахмат узнает о задержке — все будет кончено раз и навсегда. Наблюдение за ней не позволит ей ни убежать, ни умереть, а рождение ребенка свяжет прочнее любых цепей.

Они отъехали от дома довольно далеко, вниз по лугам и незаметным тропинкам в скалах.

— Лия, — он нахмурился, замечая задумчивость жены, и помог ей спешиться на живописном лугу, — с тобой все хорошо? Ты здорова?

Он всегда замечал малейшее отклонение — даже если она просто глубже дышала или задерживала взгляд.

— Да, — выдавила она, натянуто улыбаясь. — Всё нормально. Просто… дыхание перехватило. Здесь так красиво, Ахмат.

Он усмехнулся, довольный её словами, для него это звучало как признание.

— Этот луг называют тропой влюбленных, знаешь почему? — ответил, обнимая её за талию. Его взгляд был направлен вдаль — на горы, покрытые густым туманом, и зелёные луга, где ветер играл травами. Рядом мирно паслись их лошади — его вороной жеребец и светлая кобыла, которую он подарил ей в первый день приезда. Где-то вдали доносились крики пастухов, ржание, лай собак — жизнь шла своим чередом, спокойная, естественная, не знающая её внутреннего ужаса. — Посмотри туда, — он указал рукой на скалы, две из которых сошлись друг с другом и в них четко угадывались очертания двух фигур, прислонившихся друг ко другу.

— Невероятно, — прошептала Лия.

— Время и ветер сотворили чудо, Алият, которое не повторить ни одному человеку, — синие глаза Ахмата с восторгом смотрели в одном с ней направлении. — Поедем домой? — он заметил бледность жены.

Она не стала возражать, ведь гуляли они больше двух часов.

Ахмат помог Лие взобраться в седло, поправил стремена, задержав руку на её колене. Потом легко сел на своего коня и тронулся рядом. Они ехали бок о бок, не торопясь, и ветер, пахнущий свежестью трав, развевал её волосы.

Но покой длился недолго.

Впереди, среди луга, показались две фигуры — мужчина и женщина, шедшие навстречу, держась за руки. Девушка собирала цветы и смеялась. На ней были джинсы, светлая футболка и бейсболка, волосы выбились прядями из-под козырька, на спине — рюкзак. В ней было всё то, что в мире Лии стало невозможным: свобода, непринуждённость, простая радость. Увидев всадников, она помахала им рукой.

Ахмат мгновенно напрягся. Его спина выпрямилась, плечи закаменели, взгляд сузился. Он резко натянул поводья, конь всхрапнул и встал на месте.

— Кто такие? — бросил резко и зло.

— Эээ, — в разговор вступил парень лет 24–25, — простите. Мы туристы, живем в селе, ниже по течению…. Меня Коля зовут, Николай. А это моя… невеста. Ирина.