Книга Сокол, страница 168 – Весела Костадинова

Лия обняла его — крепко, одной рукой за плечи, другой запутавшись в его волосах — мокрых, спутанных. Пальцы её осторожно обошли повязку, легли на затылок. Он сразу затих, дыхание выровнялось — Лия поняла, что он спит.

Спит, прижав ее всем весом к кровати. К ее кровати.

И уходить ей уже некуда.

Утром она проснулась и сначала даже не поняла, что произошло. Ночью Вадим лег так, что уложил ее на себя, и открыв глаза она почувствовала своей щекой его грудь, биение его сердца и глубокое дыхание. А у дверей услышала тихое копошение и шёпот девочек, которые явно были в курсе возвращения отца.

— Спят…. — констатировала Ади.

— Тихо… — зашипела на нее Маргарита. — Папа устал… пусть спят….

— Лия с ним, — хихикнула малышка.

— Зато теперь она будет с нами, — в шепоте Маргариты прозвучало удовлетворение.

Первым порывом было вскочить, встать, но Алия замерла — не хотела, чтобы девочки знали, что она проснулась. И лишь когда двери тихо закрылись — пошевелилась. Осторожно постаралась снять с себя руку Громова, тяжелую и властную. Однако он этого не позволил, прижал только сильнее к себе.

— Опять убегаешь? — спросил, не открывая глаз.

— Хочу встать, — ответила Лия. — Мне нужно в…. Душ.

— Мне тоже… — вздохнул он, открыл глаза и повернулся к ней, улыбнувшись. — Прости, вчера сил не было.

Лия села в кровати.

— Не страшно, — накинула на себя шаль — не смотря, на то, что в комнате было тепло, любимая майка не спасла от легкого озноба. — Тебе нужно еще поспать, — она бросила на мужчину быстрый взгляд — на его растрёпанные волосы, на повязку на шее, на усталые плечи.

Вадим нахмурился — брови сошлись, улыбка угасла — и сел на кровати рядом, простыня соскользнула до пояса.

— Ничего не изменилось, да? — вдруг спросил он тихо, но прямо, глядя ей в глаза.

— Ты мне скажи, — Алия перевела разговор на деловой лад, медленно расчесывая волосы щеткой — они отрасли еще сильнее и теперь касались лопаток. — Что с шеей?

Громов задел повязку и слегка зашипел.

— Ожег, — буркнул он, наблюдая за ней, лаская глазами. — Юсупов был в одном из старых домов Алиевых в горах.

Лия вздрогнула и резко обернулась к нему.

— Нет, — тут же покачал он головой, — не в том, где тебя держали. Мне это Метов сказал…. — добавил, глядя на руки. Только теперь Лия заметила, что и на правой руке у него сильный волдырь.

— Боже, Вадим… — она откинула одеяло — резко, не думая о холоде, — и посмотрела на его ноги: там тоже местами кожа покраснела, лоснилась от мази, были видны следы ожогов — не глубокие, но обширные, как от вспышки или горячего воздуха.

— Не страшно, — усмехнулся он — криво, но искренне, пытаясь разрядить воздух. — Лия, — он поймал её за руки — быстро, но нежно, притянул к себе, обнимая за талию. Она тяжело дышала, глядя на него — глаза в глаза, дыхание сбивалось от боли за него, от облегчения, от всего сразу. — Лия, я врач, не забывай. Со мной всё в порядке, правда. И с Артемом тоже, — опередил её вопрос, чувствуя, как она уже открывает рот. — Лёгкие ожоги, не более того. Дом загорелся при штурме...

— Ты что, участвовал в штурме? Ты совсем идиот? — она не сдержалась, толкнула его в плечо плечом. И вдруг неосознанно, всего на несколько мгновений уперлась лбом в его шею.

— Лия, я не участвовал в штурме — кто бы меня туда пустил? Я просто оказывал помощь... своим, — добавил он, чуть сильнее сжимая ее, обнимая.