Книга От любви до пепла, страница 114 – Анель Ромазова

— Яички.

— Неть.

— Ага, я догадалась, — проливаю интригу и восклицание, — Ваня хочет сырники, — едва напоминаю про любимое блюдо, мой детеныш ускоренно кивает, потряхивая темными кудряшками.

Спускаемся вниз, пересчитывая количество ступенек, так и не отпускаю Ваньку с рук. Свой груз не тянет, поэтому, кроме безграничного умиления его потешными выпадами, иного не замечаю. Чего только стоит «р» в цифре три. Очень энергозатратная буква, к концу пути у нас обоих щиплет языки.

Усаживаю его за стол, разминать творог. Достаю из холодильника продукты. Смешиваю, затем, таким же слаженным тандемом приступаем к лепке. Отвлекаю себя от порывистых и хаотичных мыслей обыденным процессом.

Пышные сырнички подрумяниваются, я разогреваю молоко и постоянно оглядываюсь на Ваньку, листающего в планшете видео про собак.

Выложив на большую тарелку готовое блюдо, решаю перенести завтрак в беседку на свежий воздух. Бедная псина так и осталась за порогом. Собачатник из меня — лучше не придумаешь, если бы не лай из динамика, то и не вспомнила бы про Айзу.

— У меня что-то для тебя есть. Показать? — присаживаюсь перед ним на корточки.

— Показать, — повторяет за мной, не отвлекаясь от экрана.

— Побудь здесь, я схожу за курткой, — пробегаюсь кончиками пальцев по его плечику, он тут же выставляет ладошку, прижимая к моим губам. Что значит, целуй и не приставай ко мне, я занят.

В скором темпе накидываю пуховик. Хватаю с вешалки Ванькину курточку и дутыши. Озадачиваю мальчугана, который без особого энтузиазма одевается сам. В этом отношении няня — Яна его балует. Категорично толкаю сапожки обратно, когда хитруша делает вид, что не может их натянуть, и подсовывает их мне вместе с ножкой.

Поцелуй он, конечно, получает, а вот помощь — извини, родной, но помощь должна быть во благо. Так ты еще не скоро приучишься к самостоятельности.

Земля во дворе подморожена, но, на освещенных солнцем участках, уже пробивается первая слякоть. Идем за ручку по дорожке, второй ловко удерживаю поднос.

Айза появляется из-за угла дома, услышав наши хрустящие шаги. По-хозяйски чешет к беседке, а Ванька застывает в немом восторге.

Как мало ребенку нужно для счастья. Мама и собака. При том, что я в подвязке с итальянкой, явно теряю баллы. Совершенно не огорчает. С любованием впитываю его восхищение и бурную реакцию, последовавшую после затишья.

Подхватываю Айзу за ошейник и сохраняю между ними дистанцию. Собака послушно опускает морду вниз, не выявляя ни капли агрессии. Ванька на коленках заглядывает ей в глаза, налаживая контакт.

Милая сценка рождает не менее милую улыбку у меня лице. Понаблюдав за ними несколько минут, и не увидев угрозы, подгоняю сдружившуюся банду к столу.

Разместившись на мягких подушках, кидаю одну ту, что побольше, новому члену нашей компании. Мой сердобольный малышок скармливает первую порцию питомцу. Айза, как настоящая леди, аккуратно принимает половинку сырника, облизывается и просит еще.

У меня аппетита нет. Образовавшийся в горле ком, даже кофе из термокружки не смягчает. С ужасом жду появление Германа. Разумных оправданий, где я провела ночь, так и не придумано.

Черт! Еще и бентли в хламину.

Очень скоро ему позвонят и сообщат об этом. Есть шанс, что Лавицкого первого поставят в известность, но это не точно. Впрочем, как и все, что меня окружает.