Книга По ту сторону лета, страница 109 – Анастасия Палмер

— Что случилось? Я сделал что-то не так?

А у нее в глазах стояли новые слезы.

— Нет, просто это слишком красиво. Твой поцелуй, наша предстоящая поездка, слоны и жирафы. Я представила, как проснусь около тебя. Эта картинка как будто ненастоящая, она словно сошла с экрана из фильма «Из Африки» или романа Карен Бликсен.

— Но я не Роберт Редфорд, – улыбаясь, сказал Стив.

— Ты очень красив, почти что он. Только не блондин и без веснушек. Но и я не Мерил Стрип.

— В фильме грустный конец, но я обещаю тебе, что не разобьюсь на самолете. Я не ищу приключений, как тот герой.

— И у меня все равно нет плантации в Кении.

— Видишь, у нас все по-другому, не переживай, – Стив взял ее лицо в свои руки и начала целовать ее волосы. Но та грусть, что посетила ее пару минут назад, не уходила. Разбившийся самолет, смерть героя Редфорда. Она очень боялась.

Через пару мгновений она отстранилась от Стива.

— Как мне успокоить тебя? – участливо проговорил он.

— Никак. Мне будет лучше, когда я закончу дело. Сейчас я не могу думать ни о чем другом. Прости. Давай подождем, когда все завершится, хорошо?

— Я понимаю, конечно.

— Пойду к себе. Мне правда жаль, но я не могу иначе, – они вместе встали и подошли к двери ее смежного номера.

— Дверь с моей стороны открыта, – сказал Стив, обняв ее. – Если я тебе буду нужен, заходи. Я не настаиваю, всего лишь предлагаю свою поддержку.

— Спасибо. Я приду, если что. Спокойной ночи, – Софи, высвободившись из его рук, зашла к себе.

— Спокойной ночи, спи крепко, пожалуйста. И ни о чем не переживай. О чем бы ты ни волновалась, поверь, все будет хорошо.

Она кивнула и прикрыла за собой дверь. Подошла к кровати, упала на нее и тихо заплакала. По непонятной причине сейчас ей было очень страшно. Она боялась за все: за это дело, за них со Стивеном, если вообще существуют они. И за самого Стивена тоже. И в то же время она все еще не до конца верила ему.

35

Зайдя в дом Стива и распаковав то малое количество вещей, что Софи брала с собой в Йоханнесбург, она наконец решилась на разговор с ним.

— Кофе хочешь? Или, может быть, сходим пообедать куда-нибудь? – непринужденно спросил он, когда Софи зашла на кухню.

— Не сейчас. Стив, скажи мне, как давно ты знаешь Кристофера?

Он резко вздохнул, словно от неожиданной боли, потом тяжело облокотился на кухонную столешницу и около минуты молчал.

— Не помню точно, вероятно, первый раз я его встретил в 1999-м или уже в 2000-м, это время уже как в тумане, – признался Стив, понимая, как неубедительно и запоздало звучат его слова. – Я тогда учился в магистратуре в Нью-Йорке. А давно ты поняла это?

— Давно. Ты умело скрывал некоторые мысли от меня, ровно таким же способом, как меня учил Кристофер. И ты не особо распространялся о своей жизни в США. Еще ты как-то сказал что, не помню дословно, но смысл примерно такой: идеалы и убеждения стоят дорого. За них надо бороться и многое отдавать. Ты тогда кого имел в виду, себя или его?

— Нас обоих, да и не только нас. Всех, кто ищет и защищает справедливость в этом проклятом мире! – сказал он с горечью в голосе. – Мы оба тогда многое потеряли. Да о чем это я, не мы одни. Все, кто был в это вовлечен: мои учителя, друзья Кристофера, все что-то потеряли. Ему самому, конечно, досталось больше всего. Я же лишился возможности продолжать научную карьеру в США. Хотя кто знает… уехал я вовремя, летом 2001 года. Кристофер предупреждал меня, о том, что произойдет трагедия, но неизвестно, какая именно. Он торопил мой отъезд, и сам тогда переехал в Канаду.