А вот одна из следующих записей нас сильно удивила.
12.09.1994
Дорогой дневник!
Прости, что приходится писать на качелях. Я пытаюсь закрывать тебя собой, но на тебя все равно капает дождик. Мне не терпится рассказать, что сегодня произошло в школе, а папа дома проводит Обряд. Я совсем об этом забыла! В Обряд мне нельзя заходить домой, но я была такая возбужденная, что забыла, толкнула дверь… И замерла на пороге, когда увидела дома папиных учеников. Очищение еще не началось, пока что все просто сидели на полу, выли и раскачивались. Папа так разозлился! Он подлетел ко мне и захлопнул перед моим носом дверь. Ох… Надеюсь, он не накажет меня.
Я пишу эти строчки и слышу, как из дома доносятся крики: началось Очищение. Папа говорит, что только через Очищение можно избавиться от грехов.
Но не хочу об этом больше говорить. В школе произошло такое! Учительница истории давала классу задание, которое нужно делать по парам. И меня поставили в пару с Котом! Задание сложное, на его выполнение нам дали две недели. И делать его мы будем вместе, вдвоем оставаться после уроков в библиотеке… Ох, как трепещет мое сердечко от предвкушения!
Прочитав запись, мы с Женей переглянулись.
— Что еще за Обряд? – спросила я.
— Попахивает какой-то сектой, – нахмурился Женя. – Их в девяностые было как грязи…
Я поежилась. Когда я узнала, что в этом доме проводились какие-то сектантские обряды, он стал казаться мне еще более жутким. Хочется побыстрее убраться отсюда. Но еще сильнее хочется… Узнать, что же дальше в дневнике.
Мы снова склонились над страницами. Но следующие записи ничего нового нам не открыли. Автор описывала учебу в новой школе и свои чувства к Коту.
— Давай пролистнем в конец, – предложил Женя, и я поддержала.
Последняя запись датировалась… сегодняшним днем.
— Как это возможно? – нахмурился Женя.
Я тоже ничего не понимала. Мы склонились над страницей и стали читать. Текст был жутким. С каждой строчкой мой пульс грохотал сильнее.
24.10.2020
Дорогой дневник!
Меня переполняет счастье. Все идет по нашему плану, больше нам никто и ничто не мешает. Дело близится к завершению, и мне не терпится наконец увидеть финал. Как же я рада, что удалось приструнить эту дрянь. Камни сбили с нее спесь. Вот бы оказаться там и своими глазами увидеть, как все это было. Я бы дорого дала за это! Но она еще не получила по заслугам. Для нее у меня припасено особое блюдо. Она будет мучиться сильнее всех, я обещаю. Осталось совсем чуть-чуть.
Я часто гадаю, окажусь ли в аду за то, что собираюсь сделать. И каждый раз сомневаюсь. Но все же думаю, что Бог меня выслушает и простит. Он поймет, что так было нужно. После финала я уйду. Если Бог не сможет меня простить, то я хотя бы заберу их с собой в преисподнюю. Не людей – монстров. Туда, где им самое место. Я не знаю, чего я хочу больше – спасения? Или же своими глазами наблюдать, как эти отвратительные существа горят в геенне огненной? Я приму любой исход со всей покорностью.
На этом запись кончалась. Я не знала, что я только что прочитала, но меня затрясло. Женя тоже выглядел встревоженным.
— Что это? – прошептала я.
— Я не знаю, – ответил он так же шепотом, будто нас могли услышать.
От резкого шума на улице мы подскочили, затем выглянули в окно, но никого не увидели. Послышалось завывание ветра – наверное, это от него что-то где-то грохнуло.
