Книга Дочь врага. Цена долга, страница 64 – Дина Данич

— Что ты делаешь? – испуганно смотрю на него, позволяя Оскару раздвинуть мне ноги.

— Доверься мне, – просит он.

Столько всего в этот момент в его глазах…

Не только жажда секса. Нет, я вижу там заботу, нежность, внимание и желание, но только какое-то особое.

Я часто ловила во взгляде Оскара потребность, странную необходимость, которую никак не могла понять. Но сейчас она словно выходит на новый уровень, и это откликается во мне. Можно ли не реагировать, когда мужчина смотрит на тебя, как на богиню?

А уж когда Оскар оставляет поцелуй внизу моего живота, мои мысли вообще превращаются в кисель. Медленно, но верно.

— Ааххх, – выдыхаю, чувствуя язык ниже, на самом сокровенном. У меня саднит там, это правда. Но когда Романо начинает меня ласкать настолько откровенно, все мои чувственные ощущения превращаются в настоящий фейерверк.

Это так остро и пряно. Так интимно и в то же время откровенно.

Я и подумать не могла, что этот невероятный, сильный, жестокий мужчина будет стоять передо мной на коленях и ласкать языком мою возбужденную плоть вот так.

Опираюсь спиной о стенку, чувствуя, что ноги меня уже не держат. Дыхание срывается, а сердце колотится как сумасшедшее. Когда Оскар закидывает одну мою ногу себе на плечо, раскрывая меня еще сильнее, я захлебываюсь ощущениями и уже не сдерживаюсь. Словно со стороны слышу свои стоны, которые невозможно прятать – слишком хорошо мне сейчас. Будто все мое тело превращается в одно сплошное желание.

Пальцы, губы, язык – все это подводит меня к краю, за которым только бездна.

Я не могу оторвать взгляда – теплая вода делает происходящее еще более горячим. В моем понимании секс – это про кровать. Но Оскар расширяет мои границы, открывает новый мир, в котором я просто утопаю.

— Кричи! – буквально приказывает он мне. Целует еще более жадно, проникает внутрь уже двумя пальцами. Я напрочь забываю про дискомфорт – сейчас во мне ярко горит совершенно другая потребность.

Я эгоистично хочу оргазм. Хочу свое удовольствие, потому что если не получу, то просто умру.

Кажется, все нервы в этот момент скручивает в дикую спираль желания. Все пульсирует, требуя разрядки.

— Пожалуйста, – жалобно скулю, когда Романо в очередной раз отступает, едва я оказываюсь достаточно близко. – Оскар, ну пожалуйста, – хнычу, уже не стесняясь давить ладонью ему на затылок.

Слышу довольное фырканье, а затем он наконец-то дает мне то, что так необходимо.

В глазах темнеет, и я падаю, падаю и падаю…

— Ты пиздец какая вкусная, – хриплый шепот доносится до меня сквозь пелену моих собственных ощущений.

Горячие руки жадно шарят по моему телу.

— Спасибо, – блаженно улыбаюсь, чувствуя, что вот-вот просто упаду.

У меня не хватает сил ни на что кроме как только стоять и позволять Оскару помыть меня. Мне бы хотелось ответить ему взаимностью, но попросту нет сил. Никаких.

Кажется, все мои рецепторы перегружены – каждое его прикосновение отзывается во мне слишком остро. И когда он, наконец, выключает воду, а затем вытирает полотенцем, я почти сплю.

Следующее, что я понимаю – Романо приносит меня в спальню с огромной кроватью и осторожно укладывает на нее – так, словно я – величайшая ценность.

Сонно моргаю, оглядываясь по сторонам.

— Здесь есть спальня, – озадаченно говорю. – Тогда почему мы…