Книга Дочь врага. Цена долга, страница 65 – Дина Данич

Он вопросительно смотрит на меня, а я чувствую, как начинаю краснеть.

— Почему… ну… у камина…

Что-то такое мелькает в серых глазах Оскара – словно он хочет улыбнуться, но сдерживается.

— Потому что здесь гораздо холоднее.

Распаренная после нашего совместного душа, я осознаю это не сразу, но, поежившись, киваю и укладываюсь поудобнее. Оскар гасит свет, и комната погружается в темноту. Но сейчас я ее не боюсь – рядом со мной мужчина, который обязательно сумеет меня защитить.

Столько вопросов, о которых надо подумать – как вернуться домой, что будет дальше, откажется ли от свадьбы Лазарро, и как на это отреагирует отец.

Но я не хочу об этом думать. Прижимаясь поближе к Оскару, нежусь в его крепких руках. Слышу его сдавленное шипение и испуганно замираю.

— Я сделала тебе больно? – тихо спрашиваю, пытаясь разглядеть в темноте лицо Романо.

— Нет, пташка. Но тебе лучше поменьше ерзать, иначе моя выдержка даст сбой, и я снова тебя возьму.

С одной стороны, меня это пугает – не уверена, что готова к продолжению прямо сейчас. А с другой… Какая-то часть меня предвкушающе облизывается. Становится так стыдно от самой себя, и я тихо радуюсь, что в темноте не будет видно моего смущения.

Лежать вот так – прижавшись спиной к груди Оскара, невероятно заманчиво и приятно. Мне очень хотелось, чтобы так было каждую ночь. Закрывая глаза, я впервые поддаюсь порыву загадать желание и попросить у вселенной чуда.

Если бы я знала, чем закончится следующий день, я бы попросила другое.

Осознание, что я в постели не одна, приходит очень медленно. Будто я все еще во сне, но чувствую крепкое горячее тело сзади меня. А еще прикосновения – легкие, манящие, зовущие пойти вслед за своими ощущениями и желаниями.

— Ммм… – мычу, расслабляясь и наслаждаясь происходящим.

Чувствую, как щетина слегка царапает кожу на шее. Следом горячее дыхание опаляет, окончательно пробуждая.

Улыбаюсь, вспоминая, как вчера заснула в объятиях любимого мужчины.

Замираю, вдруг поняв, что уже как-то свыклась с этой мыслью. И мне совершенно не хочется возвращаться к реальности, в которой это невозможно.

Остро чувствую каждый вдох, каждый удар сердца – у меня за спиной мужчина, с которым мы настроены друг на друга. Его пальцы спускаются ниже, чертят узоры на моем животе, вызывая приятные волны сладкой истомы.

Я хочу стать с ним ближе, но, попытавшись развернуться, чувствую определенный дискомфорт и, сдержанно охнув, напрягаюсь, пережидая неприятную вспышку.

— Болит? – спрашивает Романо хриплым после сна голосом.

— Прости, – виновато выдыхаю, боясь посмотреть ему в глаза. И тут же оказываюсь развернутой и уложенной на спину.

Лицо Оскара такое… родное. Домашнее. Только после сна.

В его глазах еще осталось то, что бывает у человека, когда он недавно проснулся. Поддавшись порыву, протягиваю руку к его лицу и обвожу кончиками пальцев его скулы, мужественный подбородок, спускаюсь ниже по шее.

Романо ловит мою ладонь и, развернув к себе, целует запястье. Нежно, едва касаясь.

— Ты потрясающая, пташка, – уверенно произносит он. – Не смей переживать.

— Но ты, наверное, хотел бы другого утра, – робко предполагаю.

На его лице появляется предвкушение, а на губах – опасная ухмылка.

— Я хочу тебя.

— Но я…

Он обрывает меня, поцеловав. Делает это так, что любые сомнения и мысли растворяются в моменте. Обещаю себе, что подумаю об этом чуть позже. Я практически теряю связь с реальностью, когда Оскар спускается губами ниже, зацеловывает мою грудь. Ласкает еще более изобретательно, чем вчера. Непроизвольно стискиваю ноги, потому что потребность поласкать себя между ними становится просто невообразимой.