Книга Продана, страница 70 – Фиона Марухнич

Я хватаю первое, что попадается под руку — пепельницу — и со всей силы бросаю её в стену. Осколки разлетаются по кабинету.

— Эй-эй… вроде же потрахался, чего такой нервный?

Я резко поднимаюсь с дивана, и плевать на мою наготу. Ноги сами несут меня к шкафу, где хранится мой верный друг — виски. На столе уже ждёт стакан, и я не скуплюсь, выливая в него щедрую порцию янтарной жидкости.

Только сейчас мой взгляд падает на брата, Энрико.

— Чего тебе? — выплёвываю я, стараясь скрыть раздражение.

Он усмехается, и во мне мгновенно вспыхивает желание врезать ему. Но я сдерживаюсь, просто наблюдаю. Энрико вальяжно приближается к Джулии. Она сидит на диване, абсолютно обнаженная, всё ещё тяжело дыша после оргазма.

Одним резким движением он ставит её раком, расстёгивая ремень и спускает свои штаны.

— Какого хрена, Энрико? — успеваю я только прорычать, но он уже не слышит.

Этот ублюдок… он уже внутри неё. Джулия стонет, но не отводит от меня взгляда. В её глазах — смесь страха и отчаяния. Она знает, как я не люблю делиться, и что если это произошло, то пути назад нет. Мы больше не любовники.

— Сука… — это едва слышное ругательство срывается с моих губ.

Я медленно отпиваю виски, пытаясь унять ярость, клокочущую внутри.

Джулия смотрит на меня как-то обречённо, словно прощаясь. А Энрико вовсю вбивается в её тело, от чего она глухо стонет и вздрагивает при каждом толчке.

— Мы всегда… делимся… — стонет Энрико, его бёдра ходят ходуном неистово, дыхание сбито. — Не будь собственником…

Я лишь усмехаюсь. Он сейчас серьёзно?

— Делимся, Энрико? — смешок получается нервным, каким-то надломленным. — Просто ты постоянно забираешь то, на что я положил глаз… я не успеваю даже моргнуть…

Я продолжаю смотреть, как его бёдра неистово вбиваются в её задницу. Джулия откидывает голову назад, принимая его щедро, даже слишком. А я… я не знаю, что чувствую. Раздражение? Пожалуй, да. Но осознание того, что мне придётся снова тратить время на поиски новой любовницы, подбешивает меня куда сильнее. У меня и без того дел по горло в синдикате. В конце концов, я, чёрт возьми, капо. А Энрико… он просто помешан на женщинах и считает, что каждая из них должна принадлежать ему.

— Я надеюсь… моя дочь хотя бы моя… — тихо произношу я, скорее себе, чем ему. Хотя, если честно, сам в этом не всегда уверен.

— Твоя, Кассиан, я не трогал твою жену, по крайней мере, сразу... клянусь! — стонет он между толчками, продолжая терзать Джулию. — Бывшую, точнее, жену! И вообще… она потом сама захотела…

Меня натурально передёргивает от отвращения. Меня выворачивает наизнанку от осознания того, какой шлюхой оказалась Сильвия. Брак по расчёту, ещё и эта мерзость. Но мне давно плевать. Я получил от неё всё, что хотел — положение и влияние. И, несмотря на громкий скандал, развод прошёл так, как нужно было мне, а не так, как "принято" в нашем обществе.

— Не понимаю… почему ты каждый раз их бросаешь после этого…

Джулия издаёт громкий стон, утыкаясь лицом в подушки. Сучка кончила, во второй раз. А брат делает последние, самые сильные, толчки и замирает, не выходя из неё. Его лицо расслаблено, почти умиротворённо.

Как подумаю, что он сейчас там… внутри, кончил в неё… Меня накрывает волна неистовой брезгливости.

— Именно из-за этого я их и бросаю, — говорю я таким тоном, что, я уверен, брезгливость сочится из каждой моей поры. — Не хочу потом обнаружить твою сперму на своих яйцах!