Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 71 – Рукие Идели

Я была палачом своего же ангела смерти. На моих руках темнела его кровь.

Вдруг все вокруг поглотила тьма. Умирающий Альптекин исчез. Тишина разрывала мою грудь. Я почувствовала чью-то руку на своем плече, встала и посмотрела в глаза этому человеку. Это был Каран. По его лицу я понимала, что он хотел, чтобы я сделала выбор. Я убила его брата. Какое решение мне следовало принять?

Я почувствовала его губы, он поцеловал меня в лоб. Закрыла глаза, а он прижал меня к груди. Я тоже крепко обняла его, желая, чтобы он забрал мой страх. Стояла тишина, и раздавалось только наше дыхание. Я ощутила, что за спиной у меня кто-то появился, и тут же услышала какой-то механический голос.

— Время вышло. Тот или этот?

Каково это – жить, не думая о завтрашнем дне?

Никакого беспокойства о будущем, никакой вероятности быть несчастным… Я думала, что никогда не смогу понять, что значит жить, не задумываясь ни о чем. И так казалось не только мне. По-моему, человек, независимо от того, в каких условиях он находится, всегда боится того, что принесет ему будущее.

Должно быть, единственное место, где мы не переживаем о грядущем, – рай.

Я провела рукой по шероховатой бумаге. Я уже много часов сидела за столом и писала. Писала о своих героях, о том, как сильно они волновались из-за будущего. От тяжести их чувств у меня самой заболели плечи.

Однажды утром совершенно неожиданно мне в голову пришла мысль о романе. Я даже не предполагала, какой конец может быть у всей этой истории и к чему она приведет. Мне было известно только начало истории и ее название. Кто знает, куда могло завести меня стремление без долгих раздумий, под воздействием огромного желания начать писать книги.

Я закрыла глаза, чтобы стереть этот кошмар, который побудил меня взяться за роман, из своей головы. Я попыталась подумать о чем-то другом.

Писательство никогда не было для меня каким-то желанным занятием. Я всегда восхищалась теми, кто делал это хорошо, но сама не пробовала взяться за перо. Может, боялась, что не справлюсь или что мое творчество кому-то не понравится. Я не была человеком, который переживает из-за мнения других, но знала, что если получу плохой отзыв о своем произведении, то меня это расстроит. Поэтому я не собиралась ни с кем делиться романом, пока тщательно все не выверю.

Ляль, ты вдруг писательницей стала? Ты же написала-то всего две главы!

А почему бы и не стать писательницей в будущем?

От звуков движущегося по бумаге грифеля карандаша, от лучей полуденного солнца, падавших на письменный стол, мысли мои рассеивались. Читая написанные строки, я вдруг поняла, что писательство успокаивало меня.

«Ты тот, кто шепчет на ухо духу леса, и я смотрю на тебя, думая, что, возможно, однажды откроюсь тебе. Когда ты позволишь мне увидеть себя, я обязательно найду собственную душу, которую где-то позабыла, и расстелю ее перед тобой. Сейчас мы оба играем свои роли. Когда занавес опустится и маски спадут с наших лиц, сможем ли мы продолжать смотреть друг на друга так же?»

Я перечитала абзац. Свой роман я назвала «Мартавал», что значило ложь. Казалось, он описывал всю мою нынешнюю жизнь. Обычно мне нравились книги с множеством тайн, поэтому я решила для начала попробовать писать в этом жанре.

Надеюсь, у меня получится.