Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 72 – Рукие Идели

Я просмотрела абзац несколько раз. У человека были тысячи лиц. Иногда он специально, иногда, наоборот, неосознанно скрывал свою сущность. И в романе, который я построила по следам собственной жизни, и в реальности вокруг меня были люди, которые носили маски. Осознание того, что некоторые события, которые я описала, происходили лично со мной, заставило меня крепче сжать карандаш в руке.

Блуждая по просторам своего сознания, я вдруг услышала звонок. Я повернула голову в сторону двери, будто могла разглядеть того, кто пришел. Несколько дней я не видела ни одного знакомого, за исключением Решата. И то, с ним я столкнулась в дверях, когда собиралась выйти в магазин. После того, как я обозначила свою позицию, между нами воцарилась холодность. Это меня раздражало, но я старалась не обращать на это внимания. Я не была в этом виновата.

С дедушкой я обо всем подробно поговорила и узнала, какие козыри находились на руках у Али, о чем они не хотели мне рассказывать, и то, что все это было связано с Караном. Сначала я расстроилась из-за этого сильно, но потом привыкла.

И к этому я тоже привыкла.

Хотя мне и было больно от подобного, я предпочла проигнорировать этот факт, встала и открыла дверь. Увидев перед собой мужчину, я на мгновение застыла.

Его сюда позвала я. Потому что не хотела общаться по телефону. Может, я его позвала потому, что уже много дней не видела и захотела взглянуть на его лицо.

Мне кажется, второе.

Говорить с глазу на глаз всегда лучше. Но я совсем не подумала о том, что буду чувствовать.

Казалось, будто много дней я испытывала жажду, а вода, которую с нетерпением хотела выпить, была соленой. Я знала, что от нее мне станет только хуже, но тем не менее хотела вдоволь напиться ею.

Каран внимательно посмотрел на меня и сказал:

— Ты смотришь так, будто не ожидала меня тут увидеть.

Я опомнилась и пришла в себя. На его лице появилась легкая улыбка:

— Если ты занята, могу прийти позже.

По нему было видно, что он хотел, чтобы я ответила «нет, что ты». Он не скрывал, как жаждал войти в дом.

Я приоткрыла дверь.

— Прости, я не назначила тебе точного времени, поэтому, открывая, не думала, что увижу тебя, – невнятно пробормотала я. Зачем я вообще оправдывалась перед ним? – Проходи, пожалуйста.

Каран улыбнулся еще шире и переступил порог. Без моего предупреждения он снял ботинки и положил их на обувную полку, скинул пальто и, повесив его на вешалку, повернулся ко мне. Он смотрел на меня, будто спрашивая: «Ну? Что мне делать сейчас?»

Я еле сдержалась, чтобы не расхохотаться от этого его вида.

«Он выглядел так, будто, дай я ему в руки тряпку со словами «протри-ка тут везде пыль», он тут же побежит это делать».

Я указала на гостиную. Он медленно прошел в комнату. Когда я последовала за ним, то увидела, что он стоит и ждет меня. В предыдущую нашу встречу я запретила ему садиться, видимо, поэтому он вел себя сейчас так нерешительно и выглядел напряженным. Я указала Карану на кресло и, увидев облегчение на его лице, мысленно улыбнулась.

Я не простила его. Я все еще была зла на него. Но не могла не признать, что скучала по нему. Мне хотелось, чтобы мы, как два цивилизованных человека, поговорили обо всем, что произошло. А потом он бы покинул мой дом, а я вернулась бы к своей прежней жизни.