Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 218 – Рукие Идели

— Будь осторожен, – попросила я, оглядываясь по сторонам, а потом поцеловала его в щеку. – И не заставляй меня ждать слишком долго.

В его глазах вспыхнул огонек. Я сказала это, потому что не хотела оставаться одна, но, должно быть, он понял это по-своему. Его рука нашла мою талию, и он поцеловал меня в щеку в ответ.

— Я не заставлю тебя ждать, – хрипло произнес он.

Каран достал из кармана ключ от номера и протянул его Арифу. Бросив на Карана прощальный взгляд, я вместе с ним направилась к лифту.

Мне нужно было добраться до номера и принять обезболивающее. Не привыкшая быть в окружении таких людей, я весь вечер изучала их лица и движения, отчего к концу приема у меня заболела голова и защипало в глазах.

Стоя в лифте, я обернулась к Арифу и спросила:

— Ты сильно ударил Альптекина?

Кажется, Ариф не ожидал от меня такого вопроса, потому что тут же оторвался от телефона и с удивлением на меня уставился.

— Не сильно, йенге.

Я поморщилась.

— Уверена, что в твоем и моем понимании «не сильно» – это разные вещи. Я видела, как ты держал Омера. Если ты ударил Альптекина, то тот явно вырубился от силы твоего удара, а не от алкоголя, – пробормотала я.

Он улыбнулся, словно я сделала ему комплимент.

— Спасибо, йенге, – с ухмылкой произнес он.

Я на секунду прикрыла глаза. Пожалуй, на сегодня для меня было слишком много тестостерона.

Когда мы подошли к номеру, Ариф открыл дверь и протянул мне ключ.

— Я буду стоять снаружи, пока не вернется Каран, йенге. В любом случае, отель принадлежит нам, так что не стоит волноваться, – добавил он.

— Я волнуюсь за Омера. Если что-то узнаешь, сможешь мне сказать? – спросила я, и он кивнул в ответ. – Тогда я буду в душе. Сообщу, когда выйду.

Я зашла в номер и заперла дверь, а потом тут же направилась к своей сумке. Быстро приняла таблетку обезболивающего, а потом прямо на том же месте сняла обувь и стянула через голову платье. Войдя в уборную, подумала, что Каран еще не скоро вернется, ванну решила наполнить водой. Мне нужно было расслабиться.

Тело словно одеревенело. Когда мое нижнее белье оказалось на полу, я быстро стерла макияж и окунулась в ванную, до краев наполненную горячей водой. Я выдавила первый попавшийся гель для душа, откинула голову на мрамор и замерла, надеясь почувствовать облегчение.

Интересно, что было написано в той записке?

Может, несколько строчек с угрозами в мой адрес. Или что-то, что должно было меня напугать или рассорить с Караном. Когда он вернется в номер, я должна буду все разузнать.

Я знала, что Омер не заснет этой ночью. Он выпьет еще пару бокалов и отключится, а утром проснется с чугунной головой и, как и Альптекин, еще долго будет приходить в себя. Но, что бы они ни делали, они не смогут унять свою внутреннюю боль.

Я подтянула ноги к груди и обняла себя за колени, положив на них голову.

Сможет ли Каран выстоять, если однажды с ним случится то же, что и с Омером? Сможет ли держаться так же, как и Омер?

Конечно, я боялась смерти. Но, увидев, через что проходили те, кто остался в живых, я больше боялась того, что почувствует Каран, если меня не станет.

С этой мыслью я поднялась из ванны. Меня всю трясло. Не обращая внимания на воду, стекавшую по моему телу, я встала под душ. К тому времени, как я закончила мыться, головная боль немного утихла. Я надела халат и обернула волосы полотенцем.