Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 217 – Рукие Идели

Сонер обернулся ко мне, тем самым заставив меня отступить назад. Я не понимала, что означал его взгляд, но знала причину холода, который волной пробежал по моему телу.

Настала моя очередь.

— Что здесь происходит?

Когда я увидела бежавшего в мою сторону Карана, то поняла, что все это время стояла, задержав дыхание. За Караном следовала группа людей, все они держали в руках пистолеты. Его взгляд был прикован ко мне. Быстро осмотрев меня с ног до головы и убедившись, что я цела, он передал свой пистолет Йигиту, стоявшему рядом с ним. Омер все еще был на взводе, но нападать на Сонера уже не собирался.

Каран подошел ко мне вплотную, взял за руку, а потом, обернувшись к Омеру, крикнул:

— Разве я не предупреждал, чтобы ты не попадался на уловки этого идиота? Что происходит, Омер? Ты с ума сошел? Какого черта ты творишь? Сейчас что, самое время для этого?!

В коридоре столпилось столько людей, что я не могла их сосчитать. Я пыталась понять, стоял ли среди них тот, кто вложил мне записку в ладонь, но это оказалось невозможно. Все эти люди выглядели и были одеты одинаково.

Каран заметил записку, а потому крепко держал мою руку, чтобы бумага, стиснутая между нашими ладонями, не упала.

— Ты сам не понимаешь, что говоришь! – задыхаясь, просипел Омер.

Я осознала: если Каран узнает, что Сонер мне угрожал, то последнему не жить.

Омер указал пальцем на Сонера.

— Не сейчас, но мое время обязательно придет, Сонер Эфенди! Тогда ты узнаешь, каково это – умолять, чтобы тебя убили! – Он снова бросился в его сторону, но на этот раз люди в коридоре успели его остановить. – Оставьте меня! Отпустите! Ладно, отпустите!

— Расходитесь! – громко крикнул Каран. Его голос гулко разнесся по коридору. – Расходитесь! Ариф, поднимись наверх вместе с Ляль. Йигит, уведи Омера отсюда. Прием окончен, – бросил он последние слова и еще раз повторил: – Расходитесь все.

Когда Сонер, склонив голову, ушел в сопровождении людей, мы остались одни в коридоре. Омер ударил кулаком в стену, не в силах справиться с яростью. Его рука, должно быть, заныла, но кричал он вовсе не от физической боли: я видела, что он не может больше этого выдерживать. Он сходил с ума.

— Да остановись уже! – рассердился Каран. – Я же говорил тебе не приходить, Омер! Иди наверх и приведи себя в порядок! И прекрати так много пить! – Он кивнул Йигиту. – Потом доложи мне. И не дай ему навредить себе, – добавил он уже спокойнее.

Он двинулся по коридору, держа меня за руку, и я последовала за ним. Он тяжело дышал. Мне с трудом удавалось поспевать за Караном, таким быстрым и твердым шагом он двигался вперед. Казалось, еще немного, и он сам закричит, подняв всех на уши.

— Есть ли новости от Альптекина? – спросил он, не глядя на Арифа.

— Он в своем номере, брат. Вырубился, – ответил Ариф.

Хотя Каран лишь кивнул на слова Арифа, я знала, что он думал о самочувствии своего младшего брата. Казалось, он уже и сам не знал, с кем ему стоит разбираться в первую очередь.

Когда мы подошли к залу, все гости уже встали со своих мест. Они все хотели понять, что произошло, но как будто ожидали, что так и случится.

— Иди в номер, – сказал Каран, остановившись и обернувшись ко мне. Я кивнула. Мне больше не хотелось тут оставаться. – Я разберусь здесь со всем и приду к тебе. Только не засыпай, хорошо? Дождись меня, – он вынул из наших ладоней записку и положил себе в карман.